А Рудольф тем временем проснулся и открыл дверцу, — Нэя, — позвал он тихо и, кажется, растерянно, не ожидая такого многолюдья там, где его быть не могло, а вот же… Ситуация анекдотическая, а мне хотелось плакать.

Лата-Хонг для чего-то вывалилась из машины Инара и кинулась к Рудольфу. — Господин Руд-Ольф! Вы тоже возвращаетесь из столицы? Может, захватите меня по дороге к дому? Вы как раз мимо будете проезжать. А то господину Цульфу придётся делать крюк, чтобы меня довезти. А мы с ним так вымотались за целый день со всеми нашими бюрократическими дрязгами, под ношей наших вечных и неразрешимых дел и делишек…

Рудольф молчал, взирая на меня и ожидая моего смелого прыжка в свою машину, для чего и держал дверцу распахнутой настежь. А я начала пятиться за Элю.

— Хорошо ещё, что Инар увлек нас в один милый дом яств, где мы и смогли немного расслабиться от такого нечеловеческого напряжения, — нежно лепетала Лата. От её привычной и бюрократически-властной манеры поведения не осталось не то, что следа, а и следочка. Она светилась округлым и, надо признать, приглядным лицом едва ли не ярче дорожного фонаря, всё ближе подбираясь к машине Рудольфа. — А я и не знала, что вы знакомы с госпожой Нэей-Ат. Вам повезло, госпожа Нэя, что вы раздобыли такую комфортную и скоростную машину для доставки себя домой! Вы были сегодня на очередном показе? Как прошла распродажа ваших волшебных изделий? О чём я и спрашиваю, когда всё ясно и так. Что за роскошь на вас! Что за волшебное зрелище! Вы реальная жрица Матери Воды. Мне успели уже донести, что вас ждут на столичных выставках-показах, как не всегда ждут праздника. Да и что праздник? Он несёт с собою одни лишь траты, а на ваших штучках наживаются все, кому повезёт их ухватить. Вы одарённый, неповторимый, экзотичный художник и мастер, но вы слабы в коммерции, моя милая госпожа Нэя. Предлагаю себя в качестве посредника для того, чтобы вас не обманывали. Увидите, как я смогу принести вам фантастическую прибыль!

— Не стоит вам нагружать себя и моими делами, госпожа Лата. Я уже имею посредников. У меня свои договорённости, коими я уже не могу пренебречь, — пробормотала я.

— Конечно, — согласилась она, — мне надо было сразу проявить расторопность, чтобы иметь возможность хотя бы делового приближения к вам, если уж свою дружбу вы, чтобы запросто, никому не дарите.

Эля покачивалась и смеялась, непонятно чему. Инар напряжённо застыл в своём улыбчивом оскале и не проронил ни слова. Рудольф не сводил с меня ожидающих глаз, ничуть не вслушиваясь в ту белиберду, что и несла подвыпившая бюрократическая дама. И вдруг она села на то самое место в машине Рудольфа, куда должна была сесть я!