Рубашка отсвечивала в полумраке и едва ли не искрила своей свежестью. Но я опять была оскорблена! Как бы ни устал человек, но спать на месте свидания? И тут проявил себя его специфический стиль поведения, так я решила. Подчеркнутое неуважение ко мне, ничтожность всего того, что я тщилась наделить качеством настоящей любви. На тебе! Пользуйся тем, что и предлагает тебе высшее существо как щедрую подачку, а потом лижи ему руки. Я искренне забыла, что и сама уснула незадолго перед выходом, когда тянула время и раздумывала, стоит или нет осчастливить его встречей? Неизвестно, во что она и выльется, но томительное предчувствие счастья, почему-то отсутствовало. Будто продолжался тот самый сон, когда ко мне пришла моя старшая мамушка Ласкира со своим набором странных предсказаний.

А всё же я не уходила прочь, как поступила бы та, кто действительно так и считала, — поход к оборотню добром не кончится. Душу вынет, а счастье упорхнёт, не ухватишь, как и обитательницу небес птицу. Вспомнился сразу же Чапос. Тот ещё предсказатель! Я была очень плохой ученицей своей бабушки — бывшей жрицы Матери Воды, своего мудрого необыкновенного мужа, как бы ни обзывал его Рудольф. Я забыла о своём аристократическом достоинстве, о заслугах своего славного рода. Я стояла как дерево, вросшее корнями в почву, и только внезапный ураган сумел бы меня отсюда отшвырнуть. И стояла бы до утра, уж будьте уверены! Единственное, что я смогла, так это не опуститься до того, чтобы постучать по дверце машины и разбудить его. Я ожидала, что он почувствует меня рядом даже в глубоком сне. Может, он и почувствовал, но тут…

Рядом затормозила ещё одна, совсем паршивенькая по виду, машина. Из неё выбралась жизнерадостная напоказ, как и обычно, Эля. За рулём сидел Инар Цульф. Он застенчиво и до дури натужно оскалился в фальшивой улыбке, явно испугавшись меня. За дорогущей и высокой машиной Руда он меня не сразу и заметил. А то пронёсся бы мимо, лишь бы не сталкиваться со мною.

Эля радостно заорала, — Госпожа Нэя! Вы из столицы? Так поздно?

С чего она взяла, что я только что вернулась из столицы? Она навещала свою мать и не знала о том, где именно в этот день находилась я. Я же не была ей подотчётна. Да и никому в своём доме «Мечта». Роль хозяйки и полностью свободной от всех женщины не стала для меня столь уж и необычной. Манеры и привычки, наработанные за годы жизни в плантациях Тон-Ата, встряхнулись от прежнего забвения очень быстро. Я не играла роль привилегированной особы, а чувствовала себя таковой с полным на то основанием. Исключительно при посторонних лицах Эля и обращалась ко мне с приставкой «госпожа». И надо же было возникнуть такому совпадению, что на заднем сидении в машине Инара Цульфа возвышалась и ещё одна плотная фигура. Лата — Хонг, его помощница из Администрации, где они и работали. Видимо, она тоже ездила в столицу вместе с Инаром, а Элю он захватил по пути. Или Лату — Хонг, свою сотрудницу и даму властную, крайне неприятную, Инар захватил где-то по дороге, — какая и разница! Если уж Эля не была тою, кого я застеснялась бы, то при Лате и при Инаре я уж точно не могла запрыгнуть в машину Рудольфа.