— Бабуля не просветила тебя в этом смысле? — спросил он и опять сощурился как кот, греющийся на припёке. Рука его замерла, найдя самую сладостную точку успокоения.

— Тебе-то что? — я попыталась отстранить его руку. Захватывающая игра в такой обстановке не могла привести к обоюдно желательному разрешению возникшего любовного напряжения, и разумнее было бы отвлечь себя и его погружением в затронутую тему.

— Вопрос неправильный. Кому как не мне это и важно, — не засмущался он нисколько. — Будь ты жрицей, я бы выкрал тебя.

— Как бы ты попал в закрытые поселения приверженцев прежнего культа?

— Так же, как попадают туда все желающие. Моё сердце привело бы меня к тебе. Вспомнил тут слова из какого-то древнего текста: «Сердце моё взяла,/А от меня отказалась./Пусть тешится, ей невдомёк,/Что тем себя и погубит/Слишком опасен ток/Сердца, которое любит./Милую всю в огне/Сердце моё как пёс/Назад приведёт ко мне». Больше не помню…

Я с трудом понимала его бормотание, какой-то речитатив, что ли? — Ты же не аристократ-сладострастник, разоряющий свою семью ради поиска необычных радостей. У тебя и сокровищ-то нет! — то, что он мне не подчинился, ничуть не огорчило меня.

— Так я же близкий сосед вашего владыки, раз живу в сокровенных недрах планеты, можно сказать, близко к пульсирующему сердцу вашего мира, — отшучивался он, пребывая в отличном настроении. — А сокровища я тебе обеспечу. Меня как раз можно и даже нужно ублажить по всем правилам этого искусства, — его рука поползла вверх и остановилась на моей груди. Дорого бы я дала, чтобы очутиться на Главной Аллее, переместившись в ту самую ночь, где пренебрегла его приглашением и впустила в машину Лату…

— Никакой ты не приближённый настоящего владыки нашей планеты. Ты во мнении Чапоса оборотень. И ведь он не шутил, а так считает всерьёз…

— Поверь, у него есть к тому основания. И всё же за упоминание Чапоса ставлю тебе оценочный минус. Не устаю поражаться твоим познаниям, — он выглядел сильно заинтересованным и уже без всякой наигранности. — Ну, так что же Ласкира? Познала ту особую отраду, какую был способен дать служитель Чёрного Владыки?

— Да, — ответила я и положила голову ему на плечо. — Ведь когда культ в её крае был уничтожен, скрывать хоть что-то смысла не было.

— Надеюсь, она не выдала своего тайного любовника, когда подверглась преследованию? — он слегка отстранил меня, но лишь затем, чтобы целовать мою шею.

— Нет. Она вышла замуж… — я обернула к нему лицо, и не могла оторвать своего взгляда от его потемневших глаз. Меня охватило бредовое ощущение, что мы с ним опять в той спальне Гелии, и сейчас должно произойти то самое, что на самом-то деле давно уж и произошло — наше единение, но без всего того ужаса, что затем последовал…