— Вот что я хотел у тебя спросить… — он отодвинулся от меня. — Ты была в близких отношениях с Антоном?

— Если ты говоришь о том, что чуешь трепет каждого моего нейрона как свой собственный, если читаешь мои мысли, зачем тебе мой ответ?

— Да или нет? — рыкнул он.

— Да, — ответила я и приосанилась, гордо вскинула свой подбородок. Назло ему. — Была и есть в отношениях близкой дружбы с ним. А какого ответа ты ожидал, провидец? Отпустишь меня за стены прямо теперь? — и я сделала разворот к заднему сидению, чтобы вытащить оттуда свой баул с драгоценной ношей.

— Сиди! — прорычал он, опять преобразившись в мрачного тигра. — Аристократка. Отшлёпать бы тебя, да ведь ты в таком случае и подкоп под стену сделаешь, а убежишь. Или наймёшь своего покорного бывшего слугу Вильта, и он вывезет тебя в какой-нибудь коробке, завалив тряпьём, как самую настоящую уже куклу.

— Это мысль! — одобрила я. — Да я ведь могу и Антона о том же попросить. Он же, как и ты, проезжает без всякой проверки по универсальному пропуску.

— То, чего я не видел сам, и никто того не видел, можно и не брать в расчёт, — произнёс он. — В конце концов, ты не девственница, а бывшая жена островного колдуна. Если я с этим смирился, то уж и со всеми прочими разберусь… — тут он приблизил ко мне своё лицо, притронувшись губами к моему лбу, — Я зверски скучаю…

— Почему же зверски? — спросила я, невольно поддаваясь его ласке. — Разве ты зверь?

— Зверски означает неразумно…

Мы стали целоваться, и целовались так долго, что я не заметила, как он с завидной ловкостью обнажил мою грудь, чтобы напитаться тем самым «любовным нектаром», которого в действительности у меня не имелось, но раз уж ему нравилась такая выдумка, то и я чувствовала ответный всплеск своих нейронов… Как я хотела в данный миг, чтобы мой ребёнок был прижат к моей груди, — наш ребёнок! И уже настоящий живительный молочный нектар питал бы его тельце… И я вдруг полноценно ощутила то, что впервые смогла ощутить лишь в «Мечте» во время наших странных путешествий в мир сновидений наяву. Я едва не отключилась от внезапной остроты переживаемого момента, теряя нить реальности и соскальзывая в глубину того самого блаженного колодца, из которого никогда не хочется выныривать наружу…

Я очнулась от собственных стонов, — Я согласна на твой подземный мир… поедем туда прямо сейчас… — промямлила я, приходя в себя и поражаясь тому, с какой лёгкостью я готова была отказаться от него только что. Сбежать, всё бросить. Ведь замены ему нет! И такой «Мечты» уж точно никто мне не подарил бы.