Я застала Оуэна сидящим на деревянной скамье в кухне; Алиса, раздраженно ворча по поводу закона и порядка вообще и относительно разбойников в частности, разреза`ла ткань его туники в том месте, где она была разрублена. Дурное расположение моего мужа легко можно было объяснить болью, которую он испытывал последние полчаса. Я села и стала ждать; Алиса тем временем промыла Оуэну предплечье белым вином и, не обращая внимания на его шипение, перебинтовала рану полотняной лентой, после чего перешла к следующей рубленой ране от меча, уже на плече, сильно кровоточившей.

– Говорят, вы славно сражались, – заметила она, туго затягивая узел на повязке. – И почему только храбрые мужчины поднимают столько шума из-за царапины?

Несмотря на ее насмешливый тон, я заметила, что она действует мягко и осторожно. Нам всем сейчас было нелегко, но когда Оуэн в ответ злобно оскалился, Алиса лишь похлопала его по здоровому плечу и сунула ему в руку кубок с элем.

– Ничего, заживет, – сказала она. – Вот если бы вы только денек-другой не напрягали пострадавшее плечо… Но что-то подсказывает мне, что уже завтра вы снова будете в седле.

Когда Алиса отошла, я стала передвигаться по скамье, на которой сидела, пока не оказалась прямо напротив мужа.

– Оуэн.

Он поднял голову, и я выдержала его взгляд. Его глаза были затуманены от боли и снадобья, которое Алиса добавила в эль, чтобы облегчить его страдания.

– Почему?..

– Я знаю, о чем вы хотите меня спросить, – перебил меня Оуэн и поморщился, прикоснувшись к своему плечу. – И ответ мой будет таков: как я уже сказал вам, когда меня чуть не зарубил тот мерзавец, я не ношу меч потому, что это запрещено мне законом.

– Но ведь меч у вас есть. Я точно это знаю. Вы надевали его в тот день, когда мы с вами шли к алтарю.

– И это было очень глупо для человека, у которого слишком много гордости, чтобы она была ему во благо.

Все это казалось мне лишенным смысла.

– А почему закон запрещает вам носить оружие?

– Это наказание за то, что я валлиец, и расплата за мятеж Оуайна Глиндура. Мятеж, поставивший под угрозу владычество Англии, шел вразрез с желанием английского короля править Уэльсом. – Мой муж поднес кубок с элем к губам и снова поморщился от боли. – В целом это было весьма успешное восстание, но в конце концов его жестоко подавили – утопили в крови. С тех пор все мы, валлийцы, сломлены, и закон лишил нас гражданских прав.

Раньше я об этом как-то не задумывалась. Зато задумалась теперь.

– Расскажите мне, что значит быть валлийцем под владычеством Англии, – попросила я. – Когда я спрашивала у вас об этом в прошлый раз, вы мне не ответили. А сейчас я хочу это знать. В чем именно заключаются ограничения?