Эля сглотнула и рассеянно погладила руку Саши большим пальцем. Ее голос стал ровным, но было бы ошибкой считать его равнодушным. Так говорят, когда хотят отстраниться от темы, боясь страшной боли, которую могут причинить воспоминания.

– Если бы в тот момент не вернулась тетя, я не знаю, что бы со мной было. Точнее, знаю. И от этого еще хуже.

– И что она? – тихо спросил Саша, не узнав собственный голос.

– Решила, что я хотела соблазнить его, и накричала на меня. Он не стал опровергать ее предположение и сказал, что подростки не в его вкусе, а я могу забыть о карьере в музыке. Они ушли поговорить, а я заперлась в своей комнате и не выходила до поздней ночи. Даже подперла дверь стулом. Больше он у нас не появлялся, но тетя с того дня возненавидела меня еще сильнее. Я начала верить, что и правда сама его спровоцировала, и каждый день прокручивала в голове наши разговоры, анализируя каждое слово и взгляд. Всякий раз у меня была новая версия, что могло заставить его сделать это, и казалось, я вот-вот сойду с ума.

Те несколько недель словно выпали из моей жизни. Я все время боялась, что он будет ждать меня у школы, или дома, или магазина, где я работала. Зоя и Сеня видели, что со мной что-то не так, и не успокоились, пока я не рассказала им правду. Без подробностей, конечно. Они хотели пойти к моей тете и устроить скандал, но боялись, что сделают мне только хуже. Они твердили, что это была не моя вина, и со временем я в это поверила. Но тогда мне казалось, что абсолютно любой человек, который проявляет ко мне внимание, неважно кто, на самом деле притворяется, чтобы завершить начатое им. Я уже не могла играть на фортепиано как прежде, так что, конечно, не поступила в училище. Всякий раз, думая о выходе на сцену, я представляла его – в зале, за кулисами, готового рассказать любому свою версию случившегося. И ему бы поверили, я это точно знаю – с его-то связями и идеальной репутацией, которой он хвастался. Моя карьера рухнула бы, даже не начавшись.

Думаю, моя преподавательница догадывалась, что случилось что-то очень серьезное, но ни о чем не спрашивала – у нее болел муж, так что и своих проблем хватало. Она посоветовала подать документы в педагогический, что я и сделала. Тогда я не видела другого выхода. Кое-как сдала экзамены и переехала на съемную квартиру вместе с Зоей. Мы с тетей перестали общаться, но в декабре она снова начала писать мне и просила приехать на обед первого января. Я думала, она раскаялась и хочет помириться. Но потом пришел еще один гость. Снова он.