– Она позвала и его?!

– Оказывается, все это с самого начала была его идея – примирить нас с тетей, так как ему было «неловко», что он нас рассорил. Я сразу же решила уйти, и тетя не стала меня останавливать. Он догнал меня на улице и начал извиняться за то, что неправильно все понял в тот день. Уговаривал не бросать музыку, а потом предложил начать все сначала и позвал на свидание. Я отказалась. Думаю, он не стал настаивать только потому, что вокруг было много людей, а я сказала, что закричу, если меня не оставят в покое. Больше мы не виделись. И у тети с тех пор я никогда не бывала.

– Как его зовут? – потребовал Саша. Теперь он знал, почему, услышав вопрос, не хотела ли она сделать музыку своей профессией, Эля отреагировала так странно. Узнав имя, он достанет подонка из-под земли уже завтра и заставит пожалеть, что тот вообще родился на свет.

– Я не желаю произносить это имя, – твердо ответила она. – И прошу тебя никогда не пытаться что-то выяснить или сделать. Эта часть моей жизни навсегда осталась в прошлом, и я не хочу возвращаться к ней.

– Но…

– Саша, нет. Не заставляй меня жалеть, что я тебе об этом рассказала. Мне было очень сложно справиться с этим, и, если вдруг поднимется шум и всплывет мое имя, я этого не выдержу.

Он мог бы устроить все и без шума, но вряд ли бы Элю это успокоило. Скрипнув зубами, Саша решил отложить этот вопрос на потом.

– Ты писала на него заявление?

Эля подняла брови.

– Его бы даже не приняли – кто мне поверил бы? Он не успел довести до конца то, что собирался сделать, и тетя не встала бы на мою сторону. А даже если бы дело и завели, какая разница? Другие насильники до сих пор спокойно выступают на сцене и фотографируются для модных журналов. А некоторые люди до сих пор говорят: «Сама виновата». Это причиняет боль, даже если четко осознаешь свою невиновность.

Она дернула плечом и умолкла. Саша понял, что теперь уже сам нуждался в том, чтобы держать ее за руку, – в противном случае гнев и ярость, клокотавшие внутри, грозили взять над ним верх. Нет, Зоя ошиблась: киллер тут не нужен. Он сам заставит этих людей сильно пожалеть о боли, которую пережила его родственная душа. Придется нарушить закон о защите персональных данных, но на это закроют глаза. В прошлом он пару раз оказывал услуги определенным людям и сможет попросить об одолжении.

– Сегодня, – продолжила Эля, возвращая его в реальность, – тетя начала меня шантажировать. Наверное, прежде всего я пла́чу из-за того, что поддалась ей. Она сказала, что официально обвинит меня в краже денег и непристойном поведении, если я ей не заплачу, и все ей поверят. И что у нее есть какие-то знакомые блогеры, которые разместят мои фотографии.