Кларенс проницательно глядел на нее, но вместо ответа жалобно заметил:

— Гай находит удивительных людей. Взять хотя бы Якимова. Вот, конечно, моллюск на корабле жизни. Бесхозная земля среди людей. Интересно, удастся ли Гаю когда-нибудь от него избавиться. Он с вами теперь навсегда.

Гарриет не желала огорчаться.

— Думаю, Гай видит в нем возможность роста. Он может помочь Якимову вырасти — пусть даже как актеру. Вы же знаете Гая. Сами, помнится, называли его святым.

— Он в некотором роде святой, это правда, но также и глупец. Вы мне не верите? Потом поймете, что я прав. Он не разбирается в людях так, как вы. Не позволяйте ему ввести себя в заблуждение.

— Он не глупец, но умеет сносить глупцов, это верно. В этом его сила. Благодаря этому у него никогда не будет недостатка в друзьях.

— Есть в нем что-то эксгибиционистское. Ему нравится быть в центре внимания. Нравится обращаться к своим сторонникам.

— И у него есть сторонники.

— Сплошные глупцы.

— Только такие и бывают. Слишком разборчивые остаются в одиночестве. Посмотрите на меня. Когда Гай занят, у меня не остается никого, кроме вас.

Кларенс улыбнулся, восприняв эти слова как комплимент.

Скрипач бродил между гостями, останавливаясь возле каждого столика. Дойдя до Кларенса и Гарриет, он поклонился с многозначительной улыбкой, уверенный, что перед ним влюбленные. Он ударил смычком по струнам и в мгновение ока довел себя до исступления, извлекая из скрипки истошные вопли. Через мгновение наступила кульминация, и всё осталось позади, после чего он снова поклонился, и Кларенс угостил его бокалом вина. Скрипач отсалютовал бокалом Кларенсу, потом Гарриет, словно поздравляя их — с чем же? Возможно, с их несуществующей любовью.

Кларенс уставился в бокал, печально скривив свой красивый, нежный рот. Стоило ему выпить лишнего, как на место самокритике приходило попустительство. Теперь он любовался собственными страданиями.

— Жениться вам надо, — сказала Гарриет.

— Нельзя же жениться просто так, ради свадьбы.

— Есть же еще Бренда.

— До Бренды больше тысячи миль. Я не знаю, когда увижу ее снова, и не знаю, хочу ли. Не она мне нужна.

Гарриет не стала спрашивать, что же ему нужно, но он достаточно выпил, чтобы не дожидаться вопроса.

— Мне нужна сильная женщина, неукротимая, нетерпимая и благородная. Кто-то вроде вас.

Она неловко рассмеялась, смущенная подобной прямотой.