– Извольте, сир. Да будет вам известно, что во время, когда Мелеаган, сын короля Бодемагуса, явился ко двору короля Артура востребовать королеву Гвиневру, сестра его освободила Ланселота из гнусного узилища, куда он был заточен. И потому он смог явиться ко двору, вызвать, победить и убить своего вероломного врага. Когда родичи Мелеагана узнали, что Ланселот своею вольностью обязан этой девице, они сказали, что она поступила так, дабы утолить злобу, питаемую ею к своему брату. Они ее обвинили в том, что якобы она была причиной его смерти; она подлежит сожжению, если не найдет шампиона в свою защиту. Однако никто не заступился за нее, и завтра утром ее должны предать огню. Это ли не причина мне оплакивать ее, одну из самых благородных и отважных девиц на свете?

– Сударыня, а если кто-то вызовется защитить ее завтра, будет уже поздно?

– Не знаю; но если вы хотите попытаться, ее, должно быть, держат в шести английских лье отсюда; вы можете, поднявшись рано поутру, прибыть до Первого часа. Быть может, вы уже найдете разожженный костер у опушки Флежского леса.

– Прекрасно; оставайтесь с Богом, сударыня!

И он расстался с нею, повернув к монастырской обители, лежащей невдалеке, где он надеялся переждать до рассвета.

У ворот обители прохлаждались четыре монаха, отслужив Повечерие. Они его приветствовали, помогли спешиться и спросили, не желает ли он поесть.

– Непременно, братья.

Тотчас поставили стол, постелили скатерть, принесли хлеб. Но прежде чем сесть, Ланселот решил пойти помолиться. Он снял свой меч и вошел в церковь. Становясь на колени, он заметил справа барьер, а именно сквозную ограду из серебра, изукрашенную золотыми цветами, зверьми и птицами всевозможных обличий. Внутри ограды стояли пять рыцарей в полных доспехах, со шлемами на головах и с мечами в руках, готовые отразить любого, кто дерзнул бы на них напасть. Ланселот поднялся в крайнем удивлении и подошел приветствовать рыцарей. Через малый зазор он проник в ограду и восхитился ее прекрасной выделкой и поистине королевской роскошью. Рыцари впятером окружали гробницу из чистого золота, отделанную драгоценными камнями; ничего великолепнее Ланселот в жизни не видел. Кто же мог быть сей государь, упокоенный внутри, и для чего стоят на страже эти рыцари?

– Сир, – сказали они ему, – мы здесь для того, чтобы не позволить никому похитить эту гробницу. Один из монастырских братьев предупредил нас, что некий рыцарь заберет ее силой, чтобы увезти за пределы страны.

– Так значит, здесь покоится достойный правитель?

– Несомненно, самый высокородный, самый могущественный, самый доблестный из людей.