В девять часов прибыл государь с дочерьми. Столыпин прошёл к своему креслу в первом ряду от левого прохода. Рядом с ним сел генерал-губернатор Трепов, справа — министр двора граф Фредерикс. Публика заняла свои места.

Государь вышел из аванложи. Взвился занавес, и раздались звуки гимна. Играл оркестр, пел хор и вся публика, патриотический подъём охватил всех, — так писал очевидец. Опера шла в новой постановке, специально приуроченной к торжеству.

Когда кончилось первое действие, Гирс встал возле своего кресла, во втором ряду, за креслом начальника края. В этот момент к Столыпину подошёл Курлов, и был слышен их разговор. Министр спросил, задержана ли террористка, и требовал скорейшей ликвидации этого дела. Курлов уверял, что всё находится под его надзором, и просил министра не волноваться.

— Я удивляюсь вашему спокойствию, — сделал замечание генералу Столыпин...

Когда гости заполнили театр, губернатор А.Ф. Гирс облегчённо вздохнул. Он полагал, что внутри ничего не случится, ибо здание было напичкано агентами и сотрудниками тайной полиции, не говоря уже о жандармах, стоявших на каждом шагу.

— За театр можно быть спокойным, — сказал он громко подчинённым, — билеты выданы людям надёжным...

Выдали билет и Богрову. Причём это сделала сама охранка. Позже долго выяснялось, как это могло произойти, если агентам секретной службы по инструкции запрещалось находиться возле царской особы, а билеты не были даже выданы многим официальным лицам. Кулябко утверждал, что билет Богров получил с разрешения Курлова. Курлов сей факт отрицал. Кулябко оправдывался тем, что, возможно, превратно истолковал приказ своего начальника. Но мы знаем, как он проинструктировал своего агента, обещая ему выдать билет:

— В случае опасности вы должны предупредить жандармов. Как подать знак, вы уже знаете.

— Постараюсь не подвести, — заверил Богров.

Билет № 406 на проход в театр он получил за час до начала спектакля. Вошёл в здание, а потом из него вышел. Обратно наружная охрана Богрова в театр не пустила, такова была инструкция: “Прекратить допуск всех лиц во время спектакля”. Кулябко, взяв агента под руку, сам провёл его в здание, не зная, что ведёт убийцу к месту преступления. Богров, как выяснилось, выходил, чтобы побывать на своей квартире и проверить, что делают его гости.

— Они дома, — доверительно сообщил он Кулябко, и тот, ведя Богрова в зал, успокоился — террористы в театр не попадут.

— Вот и ладненько, — в голосе Кулябко прозвучали весёлые нотки.

Из воспоминаний П.Г. Курлова:

“За сам театр я был относительно спокоен, так как билеты выдавались комиссией только известным людям, а в театре для тщательного контроля было назначено 12 офицеров и агентов дворцовой охраны и Киевского охранного отделения. Тем не менее я просил министра не занимать в этот вечер своего кресла в первом ряду, а сесть в генерал-губернаторскую ложу, от чего он категорически отказался”.