А иногда бывает непонятно, что правильно, а что нет, пока не становится слишком поздно. Прямо сейчас все, что будет завтра, кажется мне неправильным.

Блокнот VIII Последствия

Блокнот VIII

Последствия

17 ноября 1932 года

Альбукерке, Мексика

Почти три месяца прошло с тех пор, как я покинул Мексику. И только сейчас, наконец, могу попытаться привести в порядок воспоминания о страшных событиях последних дней там. Когда я перечитал последнюю сделанную мною запись, мне стало смешно – правильным оказалось такое, что я и представить себе не мог. И – что верно, то верно – оно себя никак не показало.

Следующим утром на заре мы покинули лагерь верхами. Над долиной Чиуауа занимался ясный, безветренный день, черные силуэты гор отчетливо вырисовывались на горизонте. В безоблачном небе темными пятнами кружили лишь вездесущие мексиканские стервятники, выискивавшие себе свежей падали. Несмотря на все предосторожности, в том числе на то, что Каррильо поставил палатки на открытом месте, и прошедшей, и сегодняшней ночью Индио Хуан со своими парнями ухитрился пробраться в лагерь. Утром молодого ковбоя Джимми нашли убитым – горло располосовано от уха до уха, скальп снят. Я знаю, как боялся Джимми этих ночных дежурств, и могу представить себе, какой ужас охватил его, когда перед ним внезапно и бесшумно выросли апачи. Поклясться могу, что это случилось перед самым рассветом, когда он уже с облегчением думал, что и эта ночь миновала благополучно. Джимми все любили, и настроение в лагере утром было самое мрачное; воздух напитался жаждой мести.

Чтобы продемонстрировать силу, которая должна запугать апачей, Каррильо вывел по тревоге всех своих солдат, оставив в лагере едва лишь дюжину солдат, добровольцев и ковбоев для охраны. Они ехали правильным строем, однако на фоне приглушенных тонов пустынной равнины их яркие мундиры казались чересчур яркими, какими-то клоунскими. Они ехали молча, тишину нарушали лишь звяканье шпор и сабель да поскрипывание седел, еще сухих, еще не намокших от пота в дневную жару.

Вдоль строя солдат скакали гражданские: шеф Гетлин, сеньор Хуэрта, Билли Флауэрс, Уэйд Джексон, Альберт, Маргарет и я. Хесуса мы оставили в лагере ухаживать за Толли, которого содержали под стражей. Увидеться с ним перед отъездом нам не позволили. Из-за того, что рядом все время кто-то был, мы по дороге не смогли конфиденциально переговорить с Маргарет, а значит, не смогли выработать никакого плана действий. Апачи, разумеется, заранее знали о нашем приближении, я понимал, что они следят за нами, на всем нашем пути через пустыню. Теперь, конечно же, зоркий наблюдатель уже должен был заметить и шесть неоседланных лошадей, которых гнали перед нами и солдатами, и Чарли понял, что мексиканский полковник согласился на обмен. Но, как верно подметил Толли, существовал джокер – Индио Хуан, и никто не мог предвидеть, что он выкинет в следующую минуту.