Недописанное письмо

Чилкомб

25 июня 1940

Дорогая Криста,

Конечно, я упаковала твои книги, прежде чем поселить эвакуированных на чердаке! Не было нужды слать телеграмму. Я не думаю, что они так или иначе стали бы к ним прикасаться. Они очень милые, но всего боятся, особенно коров. Бетти говорит, что те, кто поселился у ее сестры, полны вшей, так что нам стоит считать себя счастливчиками.

Я сказала им, что мое любимое чучело слона стояло там для их защиты, но они от этого расплакались, потому что боялись, что его «внутренности вылезут наружу», так что мне пришлось перетащить Эдгара и его протекшие внутренности в мамину комнату, где я теперь сплю. По пути оба его глаза выпали, отчего он выглядит очень несчастно, бедолага.

Ты знала, что у мамы шелковые подушки? Бетти говорит, они творят чудеса с кожей. Я на них разгульно валяюсь, так что к концу недели обзаведусь совершенно новым лицом.

Этим утром Дигби уехал обратно в бараки. Как жалко, что вы не смогли получить увольнительную одновременно. Думаю, он скучает по своему другу Гроувсу. Он показал их совместное фото в Кенте. Он считает, что следом его пошлют в Северную Африку, и его подготовят на офицерский пост.

Он был ужасно расстроен падением Франции. Все мы были. Моди говорит, что в Веймуте полно беженцев с Нормандских островов, которые привезли с собой саженцы помидоров, только чтобы не оставлять их в пищу немцам. Все считают, что скоро к нам вторгнутся. Можешь в это поверить? Мистер Брюэр говорит, что нас загнали в угол, и, поскольку мы оставили большую часть оружия во Франции, с нацистами придется биться сковородками.