Аристотель тем временем похвалялся огромными моржовыми клыками:

— Поглядите, какие я достал зубы! — он взял с поставца два больших, не умещавшихся в одной руке белых клыка и поднял их вверх, чтобы показать всем собравшимся. — Я закажу себе из них замечательные шахматы! Мы за этими животными до самого Северного моря добрались! Я ведь сам этих моржей видел! — гордился своим приключением зодчий. — А сколько там мехов дешёвых! Вы даже себе представить не можете! Какая там замечательная охота! Соболи, горностаи, медведи! А зайцы белые — не хуже самих горностаев! Я и сам ловил, и купил немало, целый воз разных шкур домой отправил! Замечательный подарок! Правда, зимой там совсем темно становится, день и ночь сумерки, а то и тьма беспросветная. Зато, говорят, летом солнце совсем не заходит в течение двух с половиной месяцев. Рассказывают, что в полночь оно бывает в таком же положении, как у нас в Венеции вечером, в двадцать три часа по нашему времени! Бог даст, я всё это своими глазами посмотрю!

Аристотель увлёкся рассказом и уже забыл, что не достал желанных белых кречетов, настроение его поднялось, щёки порозовели. Он наполнил кубок и сказал тост на всём почти тут понятном латинском языке, потом сам же перевёл его на русский:

— За удачу, за благополучное возвращение домой!

Он не стал уточнять, за чьё возвращение и куда, за нынешнее, с Севера, или за будущее, о котором многие приехавшие сюда на службу лишь мечтали, а иные уже и перестали мечтать, ибо дом их был разорён врагом. Но все охотно выпили.

Лёгкая тень тревоги после этого тоста мелькнула на лице хозяина дома, но он быстро согнал её. Не так давно он и сам просился у великого князя в отпуск, на Родину, но получил категорический отказ, по крайней мере до завершения строительства храма Успения. Иоанн позволил лишь отправить домой сына с заработанными за год деньгами, распорядился, чтобы ему выписали нужные бумаги, выделили охрану. А без разрешения, Аристотель теперь уже хорошо знал это, дальше Новгорода не убежишь, да и туда вряд ли успеешь добраться: по дороге на заставах с каждого требовали необходимые проездные документы, особенно строго следили за иностранцами.

Конечно, Аристотель не бедствовал в Москве, пользовался почётом, уважением, получал от государя и ещё дополнительно зарабатывал хорошие деньги, имел отличное бесплатное жильё и слуг, великий князь заботился о его развлечениях, приглашал с собой на охоту, позволял ездить по стране. Но зодчий всё равно скучал по дому, и порой ему даже казалось, что он никогда не сможет выбраться из этого славного, богатейшего и всё же чужого города.