Флоранс проспала не более часа и проснулась рано. За окном едва пробивался рассвет. В полумраке она прислушивалась к ровному дыханию Джека. Потом оно изменилось, и когда он тоже проснулся, они занялись любовью, тихо и очень нежно. Казалось, что среди смерти важно подтвердить факт собственной жизни.

– Ты думаешь о времени, проведенном рядом с матерью? – чуть позже спросил Джек.

– Откуда ты узнал?

– Со мной такое было, когда умерла бабушка. Я вспоминал год за годом, уходя все дальше назад, пока не понял, что дальше идти некуда.

– Да.

– Бесполезно сражаться с воспоминаниями, даже если они вгоняют тебя в слезы. Они появляются вне зависимости от твоего желания.

– Как тени… Но ведь Клодетта пока жива.

– Да, – сказал Джек. – Однако ты эмоционально подготавливаешься к неизбежному.

– Я должна была не возвращаться в Девон, а остаться с ней.

– Не кори себя. Она отказалась от твоей помощи. Когда кто-то умирает, остальные начинают себя винить.

– Прошлой ночью мне приснился сон. Я бежала, бежала, но так и не могла никуда попасть.

– Мне такое тоже снилось.

– И в чем, по-твоему, смысл сна?

– Может, ты пыталась убежать от смерти матери? – предположил Джек.

– Эта мысль у меня мелькала. Но может, на самом деле… Мне кажется, я слишком перегрузила свой разум, и теперь мне не убежать от скопища мыслей.

– И все они, наверное, об Элен? Как будто тебе мало того, что происходит с Клодеттой?

– Она меня ненавидит, – вздохнула Флоранс. – Представляешь? Родная сестра меня ненавидит.

– Элен тебе сказала об этом?

– Нет.

– Тогда ты просто проецируешь на нее свой страх. Пока она ухаживает за вашей матерью, это поглощает все ее внимание и силы. Представь, как ей трудно сейчас. Подожди. У тебя будет шанс поговорить с ней. Дай ей время.