Весь мир вокруг превратился в ослепительный оранжевый сгусток зноя. Надуа покачнулась и упала, и чернота накрыла ее, словно плотное одеяло. Девочка слабо взмахнула рукой, словно пытаясь оттолкнуть его, но сдалась. Прежде чем потерять сознание, она сумела натянуть на себя накидку из бизоньей шкуры. На другой способ подготовиться к смерти у нее не было сил.

Надуа очнулась от того, что рядом шипели змеи, множество змей. Но, сбросив с себя накидку, она обнаружила всего две змеи — ища спасение от огня, они заползли к Надуа и теперь лежали, прижимаясь к ней прохладными телами. Надуа вскочила на ноги, и потревоженные змеи, беспокойно шевеля языками, стали расползаться в поисках нового убежища.

Шел снег. Пойманный языками пламени, он превращался в облачка пара. Девочка высунула язык и стала ловить снежинки в тщетной попытке утолить жажду. Пожар вокруг опустошенного лагеря еще продолжался, но уже без прежнего буйства. Он достиг обрывистого берега по обе стороны от расчищенного участка и теперь, злобно шипя, постепенно умирал от недостатка топлива. Снег усилился, прибивая пламя к земле.

Вокруг раздавались стоны и плач выживших, многие рылись на пепелище в поисках того, что еще можно было спасти. Лица у всех почернели от копоти. Пахаюка с советом восседал посреди лагеря. Ежась под бизоньими шкурами, они решали, куда идти дальше.

До самого горизонта, насколько могла разглядеть Надуа, тянулась дымящаяся почерневшая пустошь. Лишь кое-где торчали иззубренные шипы древесных стволов и обугленные туши животных — большинство из них сильно обгорело и не годилось в пищу. Снег уже укрыл землю тонким слоем, скапливаясь вокруг трупов и укрывая их.

Подошла Разбирающая Дом. В одной руке она держала за уши мертвого кролика, а в другой — котелок с водой. Присев на корточки возле Надуа, она убрала волосы с ее глаз. Так она всегда поступала, выражая с присущей ей скромностью свою любовь.

— Ты ранена, дочка?

— Кажется, нет.

— Попей!

Разбирающая Дом бросила кролика и зачерпнула воду из котелка. Надуа попила из ее рук, потом сама набрала воды и плеснула себе на лицо.

— Знахарка спрашивала о тебе, Надуа. Она просила тебя принести ей мешочек со снадобьями, когда пойдешь к ней. А я соберу как можно больше животных, чтобы нам потом было что есть.

— Я пойду, мама.

Разбирающая Дом подошла к своему типи, положила кролика у входа и начала носить воду для тех, кто пострадал. Женщины убивали всех зверей, которых находили прячущимися в лагере, но дров для костров было слишком мало. Земля под покровом снега начала остывать, и некоторые отважились выйти за пределы селения в поисках более крупных животных, на которых могло остаться съедобное мясо. Больше всего его оставалось на их собственных лошадях и мулах. От снега земля стала сырой, и повсюду стоял запах мокрого угля.