Туман над столом слегка рассеялся, и показался сидящий в своем кресле капитан, словно черная скала; он отвечал:

– Да. Это все верно. Но сейчас мы будем ловить в открытом море.

Тут Хавстейнн не смог сдержать улыбки.

– Селедку? В открытом море?

– Да. В Америке попробовали – и у них получилось. Кошельковые неводы пошли как раз оттуда. Теперь этими кошельками можно зачерпывать целые косяки! Теперь здесь начнется такой промысел, и жизнь забьет ключом!

Хреппоправитель испустил смешок – тихий неровный «хух», который, впрочем, не ускользнул от норвежца Ляйфа. Всем известно: селедка в открытом море не ходит, она держится у берега, никто никогда не видел селедки в открытом море. И к тому же: как, черт возьми, они собрались управляться с такой сложной снастью, как кошельковый невод, в исландском открытом море? Несмотря на всю свою смекалку, эти мастера парусного хода не знали, какое чудище – море вокруг Исландии. Разумеется, когда по морю пойдут валы, этот кошельковый невод прилетит к ним обратно, и они поймают в него разве что самих себя.

Подбородочница снова покашляла в тумане.

– Ишь, дракон огнедышащий! – сказала она затем по-исландски.

– Да, по-моему, как раз это и символизирует все их планы: они не видят, что из них получится, – отвечал ей муж, тоже по-исландски, и встал, чтобы проветрить, вышел в прихожую и на улицу, наконец остановился на крыльце и спросил самого себя и Морекамень, могут ли люди с такого большого судна быть совсем дураками. Камень ничего не ответил и по-прежнему сиял в лучах майски-прохладного солнца, а над головой хреппоправителя поплыли волокна дыма: белый шлейф из гостиной и из дома – и величественно вознеслись в небеса при послеполуденном штиле и образовали некие знаки, которых никто не мог разгадать.

«Да никак этот норвег его подпалил!» – такую фразу сказали на дальнем конце Косы, потому что при взгляде оттуда казалось, что дым валит от самого хреппоправителя, стоящего на крыльце перед дверями собственного дома.

Глава 3 Плата за пользование

Глава 3

Плата за пользование

Хавстейнн вернулся в дом, в гостиную, которую капитан-завоеватель наполнил дымом, погоняя перед собой слова: «Открытое море, значит…». Туман в гостиной немного рассеялся, и сейчас он видел очертания своей жены со спицами у северного окна.

– Сколько вы хотите с нас за пользование, причал, площадку и склад? – спросил Лауритсен, по-прежнему сидевший за столом, даже не повернувшись в кресле. На его затылке можно было разглядеть намечающуюся кожисто-красную проплешину среди желто-белесых лоснящихся волос.