Джорджу Круку не терпелось сделать хоть что-нибудь. Меньше чем за один-единственный месяц Нельсон Майлз нанес недоговорным лакота больший урон, чем Крук за восемь. Если до Сидящего Быка ему сейчас было не добраться, то лагерь Бешеного Коня, по всей вероятности, находился где-то в пределах досягаемости (хотя где именно, Крук не знал). Дважды не сумев его отыскать – сперва в ходе позорной кампании на реке Паудер в марте 1876-го, а потом во время сумасбродного сентябрьского похода, Крук твердо решил свести счеты до конца года. Поэтому в ноябре он с большой помпой начал третью кампанию против неуловимого предводителя лакота. Кампания была названа экспедицией на реку Паудер. Армию Крук снова собрал огромную: на этот раз в поход из Форт-Феттермана выступили 1500 солдат регулярных войск, включая 4-й кавалерийский полк Маккензи, 300 гражданских возчиков и почти 400 индейских наемников.

Чем бы ни закончилась эта кампания, Крук уже одержал дипломатическую победу, способную в долгосрочной перспективе сказаться на недоговорных общинах гораздо сильнее, чем любой его возможный триумф на поле битвы. Когда он вербовал индейцев для похода, в нем проснулся старый хитрый лис. В кампании участвовали воины из восьми племен, часть из которых давно и непримиримо враждовали между собой. Больше всего насчитывалось пауни и шошонов, но, кроме них, были резервационные лакота, шайенны, арапахо, юты, баннок и нез-перс. Логика круковского отбора не ускользнула от внимания вождей этих племен. Бизоны исчезают, напомнил им Крук, а поселки белых ширятся. Поэтому индейцы должны «подружиться и сплотиться», иначе их ждет гибель. Один из вождей пауни, полностью согласный с Круком, высказал вслух то, о чем прежде никто и помыслить не мог: «Братья, – заявил он, – мы все одного цвета, мы все индейцы». И все на стороне Великого Отца, мог бы добавить он. Крук сделал то, чего не удавалось добиться самым могущественным военным вождям: он пробудил «индейский дух» и общность интересов у племен северных равнин и тихоокеанского Северо-Запада. Но так уж вышло, что эта сплоченность скоро будет обращена против их же собственной свободы[365].

Пехотой у Крука командовал подполковник Ричард Додж, вдумчивый наблюдатель и большой знаток индейских обычаев, служивший на фронтире уже тридцать лет. Экспедиционный отряд, отправлявшийся на реку Паудер, был самым крупным и лучше всего снаряженным из всех, что ему доводилось видеть. Но какой бы грозной ни выглядела колонна Крука, без индейских союзников он мог бы бродить по окрестностям месяцами, не встретив ни одного «враждебного» воина. К счастью для генерала, его разведчики – лакота и арапахо хитростью выведали у молодого шайеннского воина, где располагается стоянка Бешеного Коня на Роузбад-Крик и лагерь северных шайеннов у подножия хребта Бигхорн. Поскольку Бешеный Конь находился ближе, именно по нему Крук приготовился нанести первый удар. Однако не успел он построить походным порядком свою колонну, как выяснилось, что к стоянке Бешеного Коня бежит вся община разговорчивого шайеннского пленника. Теперь лакота точно предупредят о том, что Крук рядом. Не желая уходить ни с чем, Крук послал Маккензи с кавалерией и индейскими наемниками к горам Бигхорн, чтобы неспровоцированно напасть на шайеннский лагерь. И хотя многие из стоявших там воинов участвовали в Битве на Литтл-Бигхорн, большинство шайеннов только что прибыли из Агентства Красного Облака, «никого из белых не трогая и не желая никого из них видеть», как выразился один из воинов. Но любые свободно кочующие вне резервации индейцы считались для армии законной добычей. Значит, раз Бешеный Конь пока в руки не дается, нужно нацелиться на северных шайеннов.