Атакующие перешли с шага в галоп, индейские наемники скакали по южному берегу, кавалерия – по северному берегу Ред-Форк. Кавалеристы устремились к табуну лошадей, а пауни тем временем, улюлюкая, ворвались в лагерь, паля направо и налево. С южной стены каньона огонь по лагерю открыли шошоны. Позже один шайеннский воин сравнил звук пуль, барабанящих по палаткам, с градом; другой шайенн, получивший сквозное ранение, говорил, что он «шел словно по ковру из пуль». Навязанное Лисятам празднование закончилось почти перед самым нападением. Шайеннские девушки, которых на время плясок связали друг с другом, чтобы их не умыкнули воины, отчаянно бились, пытаясь вырваться из пут, пока воины не перерезали веревки. Освободившиеся индианки кинулись к гряде утесов к западу от лагеря.

Шайенны, ушедшие с празднования раньше, вываливались из своих палаток голыми либо завернувшись в одно одеяло или накидку. Те, кто держал оружие под рукой, выстраивались неровной цепью и прикрывали отход остальных. Им крепко досталось под обстрелом. Вождь Маленький Волк получил шесть ранений, но на холоде кровь сворачивалась быстро, поэтому он продолжал сражаться. Слева от цепи Маленького Волка в глубоком овраге погибли девять воинов, ценой своей жизни на какое-то время приостановив атаку кавалерии. Позади них женщины складывали из камней брустверы в теснинах каньона. На протяжении всей битвы слепой знахарь Бузина сидел на пригорке и тянул свою песню смерти. Он уцелел, а вместе с ним уцелели Священные Магические Стрелы и Священная Бизонья Шапка.

Из остальных предметов материальной культуры северных шайеннов избежали уничтожения очень немногие. За какие-нибудь четверть часа лагерь пал, и Маккензи предал его огню. Великолепно украшенные палатки, отороченные прядями скальпов священные рубахи, военные уборы из перьев, расписанные яркими красками бизоньи накидки, священное облачение и передаваемые по наследству боевые щиты – все погибло безвозвратно. Солдаты швыряли в огонь священные кукурузные початки, считавшиеся у шайеннов даром Создателя. Тонны сушеного бизоньего мяса и пеммикана, на которых шайенны должны были продержаться до весны, пожрало пламя.

Солдаты крушили лагерь с упоением. Они нашли уже не одно убедительное доказательство справедливости возмездия, настигшего шайеннов: среди находок были мешок с двенадцатью отрубленными правыми ручками шошонских младенцев, бусы, украшенные ссохшимися отрезанными пальцами, скальп белой девушки, штандарт 7-го кавалерийского полка и окровавленная куртка из оленьей кожи, предположительно принадлежавшая Тому Кастеру[367].