Около полудня расклад резко изменился. Один из офицеров, которому до смерти надоела эта патовая ситуация, решил довести битву до логического завершения или погибнуть в бою. Когда его отправили сопровождать в безопасное место подтягивающиеся к месту сражения фургоны, он развернул своих солдат и бросился в атаку на тех немногих воинов, которые еще оставались на поле битвы. Нез-перс дали несколько залпов и кинулись наутек. «Все бежали, – признавался позже один из воинов. – Кто-то в первых рядах, кто-то отстал. Все мчались искать спасения в лагере»[411].

Но в лагере было еще хуже. Там грохотали пушки и стрекотали картечницы Гатлинга, почти без передышки паля по бегущим семьям. Желтый Волк и его товарищ покидали крутой холмистый берег последними. Прискакав в лагерь, Желтый Волк увидел, как жена Вождя Джозефа пыталась обуздать брыкающегося коня. Снаряды рвались уже совсем близко. Рядом на земле, припеленатая к заспинной доске, лежала ее новорожденная дочь. Подхватив девочку, Желтый Волк передал ее матери, и они вместе поскакали к узкому каньону, где можно было укрыться. Джозеф оставался в лагере, пока вся невоюющая часть общины не выбралась из-под обстрела[412].

Ранен при этом был только один нез-перс, но в суматохе этого беспорядочного бегства почти все свои пожитки они потеряли. Кавалерия Ховарда запоздало преодолела реку и ворвалась на опустевшую стоянку. Командир уже собирался пуститься в погоню, но Ховард, почему-то решивший, что индейцы возвращаются, приказал ему переправить через реку пехоту. И когда лагерь нез-перс запылал – по чьему приказу, Ховард навсегда сохранил в тайне, – генерал совершил вторую роковую ошибку. До темноты оставалось четыре часа – уйма времени, чтобы рассредоточиться и окончательно одолеть разбитые общины, но Ховард дал им уйти, уверенный, что догонит их на следующий день[413].

Он ошибся. Унеся ноги от кавалерии, нез-перс устремились на луговую равнину Уэйп-Прери, где 72 года назад племя приветствовало Льюиса и Кларка. Теперь же совет вождей обсуждал невообразимое будущее, навязанное им народом, которому нез-перс дали клятву жить с ним в вечном мире. Джозеф хотел повернуть назад, чтобы принять последний бой на родной земле. Зеркало предложил более оптимистичную альтернативу: он долго сражался вместе с кроу против лакота и теперь не сомневался, что кроу согласятся приютить нез-перс в своей резервации. Зеркало говорил убедительно. Ничего, что дорога будет нелегкой. К землям кроу вела тернистая тропа Лоло – сперва по гребню хребта Биттеррут, а оттуда на юг, в долину Биттеррут (Территория Монтана). Но Зеркало уверял, что белые, которые живут в окрестностях Биттеррута, всегда относились к ним хорошо, поэтому, если нез-перс будут вести себя тихо, монтанцы наверняка дадут им спокойно пройти. Война как-никак вспыхнула в Айдахо, а не в Монтане. А как только все уляжется и переполох в Айдахо забудется, уверял Зеркало, правительство разрешит нез-перс вернуться домой. Совет вождей не только одобрил его предложение (Джозеф и Оллокот, впрочем, неохотно), но и назначил Зеркало предводителем похода – впавший в уныние Джозеф после этого махнул рукой и согласился действовать, «как пожелает племя».