На уровне витальности «Я» фиксируется, как некая изначальная ценность, благодаря только которой возможна и направленность, и спонтанность, и выбор вектора, и рефлексия. «Личностный смысл» – вот подлинно «энергизирующий напиток»! А, не «адреналин раш!» Самосознание полагает себя, как некую шкалу ценности, в которой все содержание субъективности, все ее феномены актуальны и значимы. Следовательно, уже в аутоидентичности витальность есть Смысл. Аутоидентификация – иерархия Смысла. При этом, самосознание так и остается «анонимным субъектом». «Мы – парадоксальны для самих себя!» Это тоже любил повторять Жак Лакан.

Итак, мы рассмотрели важнейшие аспекты аутоидентичности и аутоидентификации Общей психопатологии. Классическая немецкая философия и соответствующая ей психология, имея дело со структурой мышления, была не в состоянии домыслить «Я». Логика немецких классиков, и не только философов, но и литераторов, например, Гегеля и Гете, Шиллера и Шеллинга, даже Канта и Гельдерлина, абсолютизирует интроверсию! Поэтому, легко находит себя, даже будучи с большой буквы (Абсолютная идея науки Логики) в эзотерики Востока. При этом, она, Логика гениальных немцев, легка выбрасывает за борт Строгой Науки, самосознание! «Я» ни у кого, даже у Фихте, у которого «очень много «Я», не воспринимается, как нечто Серьезное. Оно, наше «Я», давно и всеми немцами-классиками, даже Карлом Ясперсом, отдано на откуп. В том числе, и, «плоской» психологии, видящей везде и во всем лишь вырождение! Человек, называвший Жака Лакана «шулером», сам попытался морочить голову современникам неким словечком «мем». Это опаснее, чем мифы об инцесте или фрустрации истерички! Мы ни на кого не намекаем! В наше время и того хуже. Сознание современников забито бессодержательной мистикой, пардон, экстрасексов! Ибо, логика, «вынутая» из Логоса, достаточное основание для апофеоза Абсурда (Лев Шестов). Гегел все же был ортодоксальным психотерапевтом, по выражению истинного психотерапевта, Владимира Евгеньевича Рожнова. Вот подтверждение, слова Гегеля:

«Предаваясь необузданному брожению субстанции, поборники этого знания воображают, будто, обволакивая туманом самосознание и отрекаясь от рассудка, они суть те посвященные, коим Бог ниспосылает мудрость во сне; то, что они таким образом на деле получают и порождают во сне, есть поэтому также сновидение» (Гегель. Соч., М., 1959, т. 1У, стр. 5).

«Предаваясь необузданному брожению субстанции, поборники этого знания воображают, будто, обволакивая туманом самосознание и отрекаясь от рассудка, они суть те посвященные, коим Бог ниспосылает мудрость во сне; то, что они таким образом на деле получают и порождают во сне, есть поэтому также сновидение»