— Фишер, какой вы скучный, — упрекнула я. — Я это и без вас знаю. Чтобы положить деньги в банк, а перед этим выпросить их у папы — для этого не нужен адвокат. Фишер, у меня к вам серьезный разговор, а вы все время виляете. Фишер, посмотрите на меня внимательно. У меня нелепая фигура, почти совсем нет груди. А если сменить прическу, а к прическе одежду? Фишер, сделайте меня мальчиком. Пусть меня зовут Адальберт-Станислав Тальницки. Унд фон Мерзебург, разумеется. Вернее, теперь уже безо всякого «унд». Просто фон Мерзебург, я же буду мальчик.

— Что я должен для этого сделать? — испуганно спросил Фишер.

— Ничего особенно страшного, — сказала я. — Ничего, что выходило бы за рамки адвокатской профессии, со всеми присущими ей фокусами, ну, вы сами понимаете… Поменяйте документы: украдите метрическую книгу в церкви, замените там нужный лист. Ну и что-нибудь еще, откуда я знаю? А может, и этого не надо. Изготовьте мне метрическое свидетельство и заграничный паспорт на мужское имя.

— И что потом? — спросил Фишер.

— Да ровным счетом ничего, — я пожала плечами. — Дальше я сама. Вернее, сам. Поеду в другой город или лучше в Швецию, куплю там домик, ну и все.

— А что скажет ваш отец? Что скажет ваша мать?

— Маме на меня наплевать, — объяснила я. — А папу можно убедить в чем угодно.

— И зачем все это? — спросил Фишер.

— Адвокаты не должны задавать таких странных вопросов. — Я уже начала терять терпение. — Если вы очень недоумеваете, самое большое, на что вы имеете право, это повысить гонорар. Не бледнейте так. Не вращайте глазами. Эти действия трудно назвать противозаконными.

— Подлог! — возразил Фишер.

— Это даже не подлог! — объяснила я. — У подлога есть какая-то цель. Какой-то злостный умысел. Например, присвоение чужого имущества. Сокрытие преступления и так далее. А это просто наклонность характера.

— Нет! У адвоката есть еще одно право — отказаться. Я никогда не занимался такими странными, такими абсурдными, такими, уж извините, безумными вещами. Но не это главное, — продолжал Фишер. — Я знаю, зачем вам это нужно. Вы хотите стать мужчиной и жениться на Грете Мюллер. Вы хотите, чтобы ребеночек, которого она прижила от повара, носил вашу фамилию. Честное слово, глупо. Если вы так влюблены в эту девицу, положите на ее счет капитал. Наймите для нее квартиру, давайте ей деньги, покупайте ей одежду, принимайте участие в воспитании ребенка. Ведите себя как добрая тетя. Никто слова дурного не скажет. Наоборот, все будут в восторге. «Ах, какое большое сердце у Адальберты Тальницки!» Но не сходите с ума.