– Вы православный? – удивился Том.

– Да. Хотя я сам из Казахстана. Я под Семипалатинском родился, в маленьком селе. Мать умерла вскоре после моего рождения, и я рос с отцом. Он бил меня постоянно, пока от пьянки не помер. А потом у нас все спились, и поселок вымер. Это потому, что ни цели у людей не было, ни веры.

А я не хотел умирать. И вот как-то раз я услышал, что есть такие люди, которые знают, как не умирать. Что Иисус такой есть. И я пошел Его искать. И нашел, и поверил. Вот только не объяснишь никому, что такое вера. Я не знаю, как кому-то можно доказать, что есть Бог. Я пробовал, это бесполезно, если сам человек Его не ищет. Но вера – она же столько дает! Вот взять, к примеру, литературу. Пушкин! Или живопись. Я и сам художничал, но когда Васнецова в Третьяковской галерее увидел, – мне страшно стало. Картина «После боя»: я почувствовал запах мертвечины. Ты можешь себе представить? Или вот таблица Менделеева. Что, казах ее придумал? Нет, русский. А почему? Не потому, что казахи хуже, а потому что русские Бога нашли. Вот что вера с людьми делает! И поэтому Господь им такую страну огромную дал. Вот любую страну возьми: тут сад, тут огород, – все ясно. А в России за полем лес, за лесом речка, а дальше и не ходил никто. Почему столько земли? Потому что русский по золоту ходит, а смотрит все равно на небо, не о земном думает. Потому и широка его страна, а конец ее где-то за Полярной звездой.

– Скоро Россия развалится, – Монгол зевнул. Он уже проснулся и тоже слушал их разговор.

– Развалится? – Бомж с сомнением посмотрел на него. – Да не. Не развалится. Что ж это на месте России тогда будет? А люди куда денутся? Нет, не будет этого. Тут и миру-то конец, без России. Поболеет страна, и выздоровеет. Я таких развалин видал, а как-то ходят. Лишь бы с Богом ходили… Мой оберег. – Он полез за пазуху, достал оттуда деревянное Распятие, поцеловал. – А вы из каких мест?

– С Украины, – уклончиво ответил Монгол. Борис явно не вызывал у него доверия.

Бомж спрятал крест, пошамкал ртом, будто пережевывая слова.

– Украина от России сильно отличается. У вас в подъезде спать ляжешь, а в квартирах такие разборки! Крики и драки каждый день, аж страшно. Я во многих подъездах спал, но нигде такого нет, как на Украине. Дерутся, кричат так, что стекла звенят. Но наружу никто не выбегает. А ты лежишь, и думаешь: и убьют там кого-то, а все равно дверь не откроют.

– Слышь, пассажир, а с домом что? – спросил Монгол.

– Меня там никто не ждет. – Борис заерзал, отвел глаза. – Я сам ушел, от жены. Вначале тяжело было, потом привык. Мне один знакомый сказал: если назад вернешься, – сразу убьют.