Он встал и закрыл дверь кабинета.

– Ясмин, он вовсе так не считает. Да, у него есть свои недостатки, но он знает, что ты хороший врач. Просто ты задела его самолюбие, вот он и сводит с тобой счеты. Не принимай близко к сердцу.

Войдя сюда, Ясмин была сама не своя от злости, но теперь не чувствовала ничего, кроме усталости. Она вяло опустилась на стол.

– Он спросил, не врач ли мой отец. А я сказала – нет!

Пеппердайн рассмеялся.

– Ну и что? Все равно его это не касается. Слушай, не хочу его оправдывать, но нас маринуют с решением – я про Центр повышения квалификации, – и Дарий изображает невозмутимость, но на самом деле весь издергался. Впрочем, это не значит, что ему можно к тебе цепляться. Или к кому-то еще. Хочешь, я… с ним поговорю?

Ясмин покачала головой. Стоило только руку протянуть, и она могла бы его коснуться. Пеппердайн, как обычно, был одет в голубую рубашку – новую, с магазинными складками. Хоть бы он посмотрел на нее как следует.

– Ну а как ты вообще? – спросил он, глядя в пол. – Помимо… хм, этого. Как дела… дома?

Ясмин ждала с самого Рождества, а он так ничего и не сказал. Той ночью она выставила себя полной идиоткой.

– Ну, сам понимаешь, – ответила она и рассмеялась.

– Вообще-то нет. Не понимаю.

– Хорошо. То есть ничего хорошего, но я в порядке.

– Хм, хорошо. Хорошо. – Он поднял взгляд и уставился куда-то за ее плечо, отвлекшись на множество важных дел, которые ему предстояло запланировать и сделать.

– Мой отец изменял маме. – Это привлекло его внимание. – В последнее время – нет, но в прошлом он несколько раз заводил интрижки.

– Мне очень жаль.

Он и в самом деле выглядел огорченным. Но может, и нет. Его трудно понять.

– Вообще-то, по-моему, большинство мужчин ходят налево, – сказала она. – А может, и большинство женщин тоже. По-моему, люди просто так устроены. Если разобраться.

– Ясмин, я… – сказал Пеппердайн. – Я… Мм…

– Точно, ты занят. Все нормально, я уже ухожу.

– Нет, дело не… Я хотел спросить… насчет, хм, неверности… не хотелось бы слишком…