Думается, стоит обратить внимание на то, что Г. В. Чичерин ссылается не на решение Политбюро ЦК, а лишь на мнение членов Политбюро (каких – неизвестно – В. С.), что существенно снижало значимость переданного дипломатическим языком варианта («находят допустимым») использование В. К. Винниченко на правительственной работе. То, что рекомендации Г. В. Чичерина имели больше частный характер, подтверждается и следующим.

Пока В. К. Винниченко работал над документом, Политбюро ЦК РКП(б) с участием В. И. Ленина дважды обсуждало вопрос о вступлении украинского деятеля в большевистскую партию (1 июня) и о возможности использования его на работе в Украине (8 июня)[735].

9 июня Владимир Кириллович завершил написание документа (15 рукописных страниц) и передал в ЦК. В первых же строках записки со всей категоричностью было заявлено, что Зарубежная группа украинских коммунистов делегировала В. К. Винниченко в Украину «для активного участия в борьбе за коммунистическую революцию». При этом группа исходила, прежде всего, из резолюции VIII конференции РКП(б) «О советской власти на Украине», ленинского «Письма к рабочим и крестьянам Украины по поводу побед над Деникиным», заявлений Л. Д. Троцкого, в которых высказывались положения, тождественные с зафиксированными в упомянутых двух документах, как собственно и в другой официальной информации, доходившей за границу. Отмежевавшись от сепаратистских («самостийнических») ориентаций, группа поручила В. К. Винниченко «строго и последовательно защищать позиции, на которые стала РКП в своей программе по национальному вопросу и вышеупомянутой резолюции, как наиболее соответствующих духу коммунистического учения и революции»[736].

Вместе с тем В. К. Винниченко тут же заявил, что, находясь в России и получив сведения из источников, заслуживающих доверия, он серьезно обеспокоен тем, «что позиция РКП через какие-то обстоятельства в жизнь не проводится»[737].

Найдя ситуацию противоречивой, В. Винниченко счел необходимым еще раз обратить внимание на принципиальные основы политики, которыми руководствовалась возглавляемая им коммунистическая организация. Зарубежная группа считала, что «всякий экономический и государственный сепаратизм противоречит задачам коммунистического переустройства мира, а с другой стороны этому же вредит подавление или задержка развития производительных сил в каждой отдельной стране»[738]. Поэтому группа не разделяла «самостийнических» взглядов, считая их несовместимыми с коммунистическим учением. «Самой целесообразной формой государственных и экономических отношений должна быть федерация Советских Республик», – подчеркивалось в документе[739]. При этом автор записки считал, что в то время таких республик было только две – Российская и Украинская. И, несмотря на сложность тогдашней военной ситуации, В. К. Винниченко готов был добиваться неуклонного претворения в жизнь именно федералистского курса. Только при таком условии он готов принять предложения о его работе в Украине. «Если мое участие на ответственном посту в Украинском Советском правительстве считается желательным, – заявил опытный политик, – то мне, прежде чем приступить к работе, необходимо знать точку зрения руководящего Центра Российской революции на эту работу и направление ее. Я и моя группа руководствовались только соображениями полезности. Но могу ли я быть полезным революции, если я в работе буду расходиться с центром?»[740]