В декабре он посетил собрание врачей Мемориального медицинского центра, готовившихся к открытию больницы, которое рано или поздно должно было произойти. Тиль зачитал вслух выдержку из письма, которое его юрист направил в администрацию медцентра. «Компания «Тенет» через своих адвокатов сообщила, что не может оплатить работу юристов, которую они выполнили или намереваются выполнить в интересах доктора Джона С. Тиля. Это связано с тем, что в отношении него ведется расследование генеральным прокурором штата». Адвокат Тиля оспорил это решение: по его мнению, компания «Тенет» обязана была заплатить, даже несмотря на то что у Тиля не было с ней прямого договора. Тиль хотел, чтобы его коллеги его поддержали.

«А вы сделали что-то такое, из-за чего вам нужен адвокат?» – поинтересовался один из врачей, Бробсон Лутц.

«Скажем так, я сделал то, что считал правильным. Другие считают, что я был неправ».

Кто-то громко ахнул. Это был старейший врач Мемориала Хорас Бальц, который также находился в больнице во время урагана и последующего наводнения.

«О Боже, Джон! Я молюсь за вас», – сказал он.

Когда в эфире телеканала Си-эн-эн появился доктор Брайант Кинг, Хорас Бальц находился в северной части штата Алабама, где оказался после эвакуации. Выслушав его выступление, Бальц выключил телевизор и долго сидел неподвижно. Нет, этого не может быть, убеждал он самого себя. Бальц испугался за репутацию больницы, которую создавал на протяжении всей своей карьеры, – за безупречную до той поры репутацию, ради которой десятки лет трудились не покладая рук многие его коллеги – и тогда, когда работали в Баптистской больнице, и теперь, когда она стала Мемориальным медицинским центром. Как он будет смотреть в глаза людям – да еще после того, как с гордостью рассказывал сотрудникам временно приютившей его маленькой сельской больницы о героическом поведении медперсонала Мемориала во время урагана и наводнения?

Бальц всего раз непосредственно общался с Кингом – это было во время экстренного совещания перед ураганом. Молодой врач тогда произвел на него приятное впечатление: он показался Бальцу честным, весьма добросовестным медиком, умеющим работать в команде.

Бальц порылся в памяти и вспомнил один случайно подслушанный им разговор. Он происходил утром в четверг, 1 сентября, в кабинете на втором этаже Мемориала. В разговоре участвовали трое медиков. Один из них сказал: «Самым трудным для нас будет убедить медсестер, что в том, о чем мы их просим, нет ничего противозаконного». Бальц, проходивший мимо, остановился и спросил, что они имеют в виду. Один из них заявил, что некоторые пациенты не имеют шансов выжить, а потому им надо «помочь». Бальц на секунду подумал, не об эвтаназии ли говорит его коллега, но тут же отбросил эту мысль как абсурдную. Разговор явно не имел смысла, и Бальц, не захотев в нем участвовать, ушел.