Многие врачи выступали против того, чтобы их опыт и знания использовались для умерщвления пациентов: они опасались, что люди утратят доверие к представителям их профессии. Если они иногда и терпели поражение в борьбе за жизнь больных, это, по их мнению, принципиально отличалось от того, о чем говорили «эвтаназиасты», считавшие, что в определенных ситуациях медики сами должны отправлять пациентов на тот свет. «Сдаться и потерпеть поражение от превосходящих сил противника – это совсем не то же самое, что вести врага в атаку на собственные войска» – так сформулировали свою точку зрения в 1884 году издатели «Бостонского медицинского и хирургического журнала».

И все же движение сторонников эвтаназии росло и крепло как в США, так и в Европе. При этом оно несколько трансформировалось. Некоторые его приверженцы заговорили о том, каким тяжелым бременем тяжелобольные, люди с психическими расстройствами и умирающие являются для своих родственников и всего общества. Из этого они делали вывод, что быстрая и безболезненная смерть была бы не только проявлением милосердия и избавлением для самих этих несчастных, но и способствовала бы всеобщему благополучию. Некоторые задавались вопросом, почему бы не распространить на людей практику, которая часто применялась по отношению к безнадежно больным домашним животным. Да, конечно, животные, в отличие от людей, не могли выразить свое желание или нежелание ускорить собственную смерть ради избавления от страданий. Но, в конце концов, и в том и в другом случае жизнь в мучениях не стоила того, чтобы ее продлевать.

Эти идеи получили особенно широкое распространение в Германии после Первой мировой войны. Население страны страдало от нужды и голода, ставших неизбежными последствиями поразившего страну экономического кризиса. В Германии тогда довольно остро стоял вопрос о том, насколько дорого обходится содержание пожилых людей, инвалидов, душевнобольных и других иждивенцев, многие из которых жили в церковных приютах. (Все это совпало с ростом популярности в стране евгеники – теории о необходимости улучшения генетического фонда человечества. С точки зрения ее приверженцев, подобные «неполноценные» представители населения представляли собой угрозу чистоте и совершенству германской нации – расы господ.)

Пытаясь сэкономить деньги и другие ресурсы во время Второй мировой войны, нацисты в начале 1940-х годов, доводя идею эвтаназии до логического завершения, проводили программы принудительной эвтаназии обитателей приютов. По некоторым подсчетам, в результате было уничтожено до 200 тысяч душевнобольных и калек. При этом для оправдания этих убийств использовалась теория Дарвина, согласно которой в природе выживают самые сильные и приспособленные. После того как эти программы были свернуты, те, кто занимался их реализацией, были направлены руководить массовым уничтожением евреев и представителей других наций в лагерях смерти на территории Польши.