Однако авторы последней известной нам статьи заявляют, что «…Кузнецк был затерроризирован, разгромлен и полностью разграблен. <…> Правомерно говорить о нескольких сотнях погибших»[2167]. Близкую позицию занял Ю. И. Гончаров, опубликовавший в конце 2020 года большой архивный материал о Рогове. Автор считает, что в Кузнецке погибло до 200 человек, примерно столько же жертв было в Кузнецком и Щегловском уездах. Также он приводит максимальные в литературе оценки роговского террора в отношении защитников церкви в Тогуле – 560 убитых, включая около 100 сожженных заживо[2168].

Колоссальные грабительство, цинизм и жестокость роговцев отмечали по свежим следам и рядовые крестьяне, и сами красные повстанцы[2169]. Война была для роговцев прежде всего выгодным бизнесом: угоняя крестьянских лошадей и рогатый скот в Кузнецком уезде, они продавали его затем в Мариинском, и наоборот[2170]. Начальник штаба 1‐й Чумышской дивизии Западно-Сибирской крестьянской рабоче-партизанской армии сообщал 21 декабря 1919 года из села Салаир: «Нам по пути попадается масса партизан тов. Рогова, которые везут целые возы награбленного имущества… Все церкви [по] пути ограблены, а из риз понашиты кисеты, подсидельники и даже брюки. Население страшно возмущено. Дайте в срочном порядке сообщение, как нам с такими негодяями поступать и куда их препровождать. <…> …Население страшно запугано отрядами Рогова, хотя к нам относится доверчиво». Впоследствии помначальника Западно-Сибирского сектора войск ВОХР М. В. Васильев в докладе для ВОХР и Сибревкома выразительно резюмировал причины страхов населения: «…отрубить у кого бы то ни было голову для партизан Рогова ничего не стоит и является обычным способом [расправы]. Не брезгуют они и ушами и другими частями человеческого тела»[2171].

Трагедия уездного Кузнецка в декабре 1919 года – одна из самых заметных в цепи партизанских бесчинств. Кузнецкий погром был многослойным, в нем в течение более недели участвовало несколько красных банд, сознательно истреблявших и грабивших «вредное» население. Эсер Е. Е. Колосов по свежим следам писал о трагических событиях «в Кузнецком уезде и в самом городе Кузнецке, зимой 1919–1920 годов, когда вся эта область оказалась в безраздельной власти повстанцев, руководимых Роговым и Новосёловым»: «Здесь ими был произведен настоящий погром интеллигенции… при чем интеллигенция („буржуи“) уничтожалась без различия профессий, пола и возраста. Число вырезанных определялось в одном Кузнецке в несколько сот, именно, по подсчету томской газеты „Рабочее Знамя“ – в 325 чел[овек], а на самом деле, вероятно, гораздо больше, особенно принимая во внимание и весь уезд. <…> Эти свойства крестьянского движения проявлялись, разумеется, не только в Кузнецком или Щегловском уездах, а и в… Тасеевском районе, и в Славгородском, и в южной тайге, и в Томской губернии в отрядах Лубкова, и в Енисейской у Щетинкина»[2172].