При рассмотрении поштучной (сдельной) заработной платы на первый взгляд, кажется, будто бы, во-первых, рабочий продает не потребительную стоимость своей рабочей силы, состоящей в ее способности производить прибавочную стоимость, а овеществленный в продукте труд; во-вторых, цена этого труда определяется не дробью , как при повременной заработной плате, а наличной дееспособностью производителя: чем больше он производит, тем выше оплата его труда.

Но сомнение в правильности такого взгляда должно было обнаружиться уже вследствие одного того факта, что обе формы заработной платы существуют одновременно и рядом друг с другом даже в одних и тех же отраслях промышленности. Ссылаясь в этой связи на Т. Даннинга, К. Маркс привел следующий пример. Как правило, лондонские наборщики получают поштучную заработную плату, а повременная заработная плата является у них исключением. Напротив, у провинциальных наборщиков повременная заработная плата составляет такое правило, а поштучная заработная плата – исключение. Точно так же корабельные плотники Лондонской гавани получают поштучную заработную плату, а во всех других английских гаванях – повременную заработную плату[873].

Аналогичным образом дело обстоит в одних и тех же шорных мастерских, находящихся в Лондоне. В них труд французов оплачивается зачастую поштучно, а труд англичан – поденно. На фабриках как таковых, «где вообще преобладает поштучная заработная плата, отдельные рабочие функции по техническим соображениям изымаются из этой оценки и оплачиваются повременно. Все же само собой очевидно, что различие в форме выплаты заработной платы ничуть не меняет ее сущности, хотя одна из этих форм может быть более благоприятной для развития капиталистического производства, чем другая»[874].

Предположим, что обычный рабочий день состоит из 12 часов, из которых 6 часов оплачены, а другие 6 часов не оплачены. Созданная рабочими в течение этого дня стоимость пусть будет равна 6 шиллингам; следовательно, за один рабочий час они создают стоимость, равную 6 пенсам. Допустим, далее, накопленный опыт показал, что каждый рабочий трудится со средней степенью интенсивности и искусности, т. е. употребляет на производство продукта только общественно необходимое рабочее время, и изготовляет в течение 12 часов 24 штуки этого продукта, причем в данном случае безразлично, а стало быть, не имеет какого-либо значения, «представляют ли эти последние отдельные экземпляры или измерительные части нераздельного продукта». При таких «условиях стоимость этих 24 штук – за вычетом содержащейся в них постоянной части капитала – будет 6 шилл., стоимость каждой отдельной штуки – 3 пенса. Рабочий получает 1 ½ пенса за штуку и, следовательно, зарабатывает 3 шилл. за 12 часов. Подобно тому как при повременной плате безразлично, допускаем ли мы, что рабочий работает 6 часов на себя и 6 на капиталиста, или же, что он половину каждого часа работает на себя, а другую половину на капиталиста, – точно так же и здесь безразлично, говорим ли мы, что каждая отдельная штука наполовину оплачена, а наполовину не оплачена, или что цена 12 штук лишь возмещает стоимость рабочей силы, тогда как в других 12 штуках воплощается прибавочная стоимость»[875].