Перенос столицы в Москву не означал немедленного перемещения туда центра научной жизни, так как важнейшие книгохранилища и архивы, не говоря уже о научных кадрах, оставались в Петрограде. Дубнов, несмотря на голод и холод, продолжал работать над многотомной Всеобщей историей евреев и вел дневник, фиксировавший события в городе. Израиль Цинберг в это время уже закончил том истории еврейской литературы, посвященный средним векам, но не мог осуществить его издание в России. Тем не менее он приступил к работе над следующим томом, посвященным литературе эпохи Ренессанса. После изнурительного трудового дня, проведенного в химической лаборатории Путиловского завода, Цинберг находил в себе силы просиживать долгие часы в нетопленых залах Азиатского музея, работая над своей монографией. «Научными исследованиями занимаются немногие из нас, — писал он в 1920 г. Шломо Нигеру в Нью-Йорк. — Условий для этого совсем нет. Каторжным трудом приходится зарабатывать на высохший ломоть хлеба». Действительно, таких подвижников, как Дубнов и Цинберг, оставалось в городе все меньше.

Новая власть вначале не возражала против развития еврейских наук как таковых. Однако ее не устраивали образовательные и просветительные аспекты деятельности еврейских обществ, не прошедших процесс советизации. Поэтому в ходе унификации школьного образования вскоре после Октябрьского переворота у ОПЕ были отобраны его образовательные учреждения. Еще раньше был закрыт Музей ЕИЭО. Вместе с тем Наркомпрос ассигновал ЕИЭО 250 тыс. руб. в 1919 г. с обещанием выделять такую же сумму в последующие годы, очевидно, в надежде постепенно установить контроль над деятельностью Общества. Стремлением комиссара Гринберга «направлять» науку объяснялось и его согласие финансировать ПЕНУ, а также архивные комиссии — по истории еврейских погромов, по исследованию процессов о «ритуальных убийствах» и по истории еврейского образования, учрежденные по предложению «ловкого юриста» Григория Красного-Адмони, а также Комиссию по составлению библиографического указателя русско-

«Ритуальная» комиссия, наполовину сформированная из нееврейских ученых, подготовила том документов по Гродненскому ритуальному процессу 1816 г., который так и не увидел свет. Ничего не опубликовала и Библиографическая комиссия. «Погромная» комиссия издала два тома документов (в 1919 и 1923 гг.). Один том выпустила и Комиссия по образованию. В 1920 г. комиссии были переданы в ведение Евотделу Наркомнаца. В 1921 г. Комиссия по исследованию еврейских погромов еще существовала, а «ритуальная» комиссия была преобразована в Комиссию по исследованию истории евреев в России.