641 Раз все на свете свершается по прообразу — даже creatio ex nihilo (создание из ничто), которое вынуждено постоянно обращаться к вечной сокровищнице образов в фантазии «художницы», — то в качестве непосредственного образца для грядущего Сына берутся Адам (лишь в ограниченной степени) и Авель (в большей степени). Ограничение для Адама состоит в том, что он, будучи Антропосом, по существу — творение и отец. Преимущество же Авеля заключается в том, что он — сын, любезный сердцу бога, рожденный, а не сотворенный. При этом приходится мириться с тем, что Авель рано был изгнан из жизни насилием — слишком рано, чтобы оставить после себя вдову и детей, что, собственно, и было бы настоящим человеческим уделом. Авель не может считаться подлинным архетипом сына, любезного сердцу бога, хотя уже является неким его подобием, первым из таких, о ком говорится в Священном Писании. Умирающий юным бог, равно как и братоубийство, хорошо знаком тогдашним языческим религиям. Поэтому мы вряд ли ошибемся в предположении, что судьба Авеля указывает на некое метафизическое событие, разыгравшееся между Сатаной и другим, светлым и более преданным отцу сыном божества. Сведения об этом можно почерпнуть в египетской традиции[703]. Как уже сказано, предвоображенный недостаток авелевского типа, по-видимому, неизбежен, поскольку он является составной частью мифической сыновней драмы; на это указывают многочисленные языческие варианты данного мотива. Краткая и драматическая жизнь Авеля может, судя по всему, считаться парадигмой жизни и смерти вочеловечившегося бога.

642 Подведем итог: непосредственную причину вочеловечения мы усмотрели в возвышении Иова, а цель его — в развитии сознания Яхве. Тут потребовалась доведенная до крайних пределов ситуация, насыщенная аффектами перипетия, без которой никакой более высокий уровень сознания недостижим.

7

7

643 В качестве прообраза грядущего рождения Сына Божия нужно, наряду с фигурой Авеля, принимать в расчет сложившееся в незапамятные времена устойчивое традиционное представление о типичной жизни героя вообще. Ведь сын бога мыслится не просто национальным мессией, а спасителем всего человечества, и потому следует присмотреться к языческим мифам и откровениям о жизни человека, одаренного вниманием богов.

644 Рождение Христа очевидно характеризуют признаки, обычные для рождения героев, например, провозвестие, божественное зачатие девственницей, временно́е совпадение с трижды повторенным coniunctio maxima (великим соединением) в знаке Рыб (), которое возвещает о наступлении новой эры, связанной с рождением ребенка в семье правителя; еще упомянем преследование новорожденного, его сокрытие посредством бегства, невзрачность обстоятельств самого рождения и т. д. Мотив развития героя различим в образе двенадцатилетнего мудреца в храме, и есть несколько примеров мотива отрыва от матери.