Плоды: некоторые указания

Плоды: некоторые указания

Каков же был отклик на эти непрестанные старания настоятелей Общества в XIX в. установить, сохранить и развить этот внутренний дух и упорядоченность? Ответить на этот вопрос так же трудно, как и при обсуждении предшествующих периодов, и даже еще труднее. Поскольку речь идет о временах, столь близких к современности, и расстояние, необходимое для верной оценки фактов, отсутствует, очень нелегко дать сколько-нибудь точный ответ на вопрос об уровне и тенденциях духовной жизни иезуитов в целом после воссоздания Общества. Здесь можно только подчеркнуть некоторые несомненные факты, назвать имена некоторых людей, которые подают нам характерный, по крайней мере, показательный пример того, что иезуиты считали самым лучшим в Обществе, лучше всего отвечающим его глубинным устремлениям в сфере духовной жизни.

Первый факт, который бросается в глаза при исследовании этого периода, это постоянный и быстрый численный рост воссозданного ордена: если в 1814 г. он насчитывал 600 членов, делившихся на старых и новых, то ко времени смерти Ротана, в 1853 г., в нем состояло уже более 5000 человек. Когда в 1883 г. Бекс передал бразды правления Андерледи, в Обществе было 11000 членов и 23 провинции. В 1892 г., когда этот генерал умер, число провинций не изменилось, но общее число иезуитов превысило 13000. В 1906 г. о. Мартин составил после себя 15000 монашествующих, которых в 1915 г. было уже 17000, а в 1936 – более 25 тысяч[1098]. Разумеется, эта голая статистика требует истолкования, чтобы служить серьезным указанием на духовную жизнеспособность ордена: число – еще не все и может даже (множество исторических примеров служат тому доказательством) представлять большую опасность для пыла монашеской семьи. Уже св. Игнатий настоятельно предостерегал от соблазна принимать в Общество turba, ничего не стоящую толпу, плохо подготовленную и неприспособленную[1099]. Кроме того, численный рост был в значительной мере производной роста географического, поскольку учреждались целые новые провинции, например, в Америке, там, где пятьюдесятью-шестьюдесятью годами раньше трудились лишь несколько иезуитов. Наконец, если общее развитие Общества представляется действительно непрерывным, то в отдельных деталях жизни различных провинций наблюдаются заметные колебания, и многие из них переживали и переживают до сих пор более или менее явный кризис набора. Однако, поскольку здесь речь идет главным образом о массе, о целом, представляется трудным не прийти к выводу о том, что подобное развитие вопреки изгнаниям и рассеяниям, еще недавно поразившим многие из наиболее прочно утвердившихся провинций, говорит о большой жизненной силе и воистину примечательном уровне монашеской жизни.