О. Вильгельм Эбершвайлер[1106], каки о. Фош, всю жизнь посвящал себя делу духовного руководства, в особенности молодыми иезуитами. Жизнеописание этого созерцателя содержит множество выдержек из его заметок, которые и составляют главную ценность этой внешне единой биографии. Таким образом можно воссоздать весь путь этой души, от мужественной аскетической подготовки первых лет до излиянных даров, которыми этот человек был в изобилии наделен с 1870 г., своего третьего года пробации.

В 1882–1886 г. в Лондоне вышли четырехтомные Memoir of Lie and Death of Father Augustus Henry Law («Воспоминания о жизни и смерти отца Огастуса Генри Ло»). Отец Ло[1107], который родился в 1833 г., был сыном англиканского пастора, бывшего офицера, который, вдохновленный примером Маннинга, обратился в 1851 г. в католицизм. Сын, также офицер, в свою очередь обратился в 1852 г., а два года спустя поступил в новициат иезуитов. Он стал одним из основателей миссии на Замбези, где и умер в 1880 г. Его духовные заметки опубликовал его отец, одновременно с перепиской, которую они вели между собой. Письма здесь чередуются с отрывками из дневника. Особенно трогательна последняя часть дневника (III, р. 154–196), позволяющая нам вместе с ним пережить последние месяцы его трудной миссионерской жизни вплоть до кануна того дня, когда он умер, изнуренный лишениями и страданиями.

Отец Джон Моррис, также переживший обращение, родился в Индии в 1826 г., принял католичество в 1846, стал священником в 1849, служил секретарем Уайзмана, затем Маннинга, поступил в новициат в 1867 г. и умер на кафедре в Уимблдоне в 1893 г. Его Journals kept during times of retreat («Дневники духовных упражнений»), опубликованные о. Дж. X. Полленом (Лондон, 1894), позволяют нам проследить его духовную жизнь начиная с духовных упражнений, которые он выполнял в новициате 1867 г., и заканчивая теми, которые он совершил в 1893 г., за несколько месяцев до своей внезапной смерти. Хотя он вступил в Общество в сорокалетнем возрасте, будучи уже священником, почерпнувшим большой опыт в близком общении с двумя архиепископами, при которых он служил секретарем и был их другом, он тем не менее очень точно придерживается Упражнений без тени буквализма, но верно следуя их главной сути[1108].

Многочисленные духовные заметки, оставленные о. Уильямом Дойлом[1109], были включены в его жизнеописание и не без основания, поскольку только сопоставление этой внутренней жизни, столь необычайной, с его трудовыми днями, исполненными героического апостольского самопожертвования, может позволить нам судить об истинной ценности этих заметок и видеть в них нечто, всецело отличное от иллюзий и игр воображения; впрочем, несмотря на это, записи эти выявляют некоторые проблемы, которые едва ли поддаются четкому и удовлетворительному решению, в частности проблему его бесчисленных молитвенных устремлений (aspirations).