Излиянное созерцание

Излиянное созерцание

Нам осталось осветить последний вопрос, изучить последний упрек. Речь идет о позиции Общества в отношении излиянной созерцательной молитвы, одним словом, о его «антимистицизме».

Упрек этот не нов, поскольку в 1640 г., в столетнюю годовщину основания ордена, Максимилиан ван дер Зандт (Sandaeus) ощутил потребность опубликовать Iubilum sacculare[1322], где радовался заслугам своих собратьев за эти сто лет в области мистического богословия, желая ответить тем, кто считал дары излиянного созерцания несовместимыми с образом жизни нового ордена.

На вопрос, поставленный подобным образом, ответ прост. Он совпадает с ответом Зандта: не только сам Игнатий был, как мы видели, мистиком, одаренным самыми исключительными милостями, не только Ксаверий, Фавр, Борджа, Алоизий Гонзага, Станислав Костка[1323], Альфонсо Родригес, если говорить лишь о случаях очевидных, были ведь мы путем излиянного созерцания, но во все эпохи, во всех местах среди иезуитов встречаются созерцатели, непрестанно идущие тем же путем. Это Бальтасар Альварес, Луис де ла Пуэнте, Лалеман и ближе к нашему времени Клоривьер, Эбершвайлер, Моминьи, миссионер отец Анри д'Аррас[1324].

Но не в этом заключается истинная трудность. Она состоит скорее в том, чтобы узнать, не было ли в Обществе систематической тенденции уводить монашествующих от излиянной молитвы и даже от таких молитв, путем которых промысел Божий обычно ведет человека к излиянному созерцанию, когда желает его туда привести. Имеются в виду обретенное (aquise) созерцание, молитвапростосердечная (de simplicite) и молитва аффективная (affective). Кроме того, не влияла ли эта позиция, принятая в отношении членов ордена, на духовное руководство всеми другими людьми, уменьшая в них не только стремление, но даже почтение к возвышенной молитве и всякое ее разумение, отодвигая всякую излиянную молитву в область экстраординарного, того, чего следует скорее опасаться, чем желать?

Вспомним для начала, что в сделанном чуть выше кратком обозрении духовных авторов Общества число тех, кто высказывался ех professo об излиянном созерцании, далеко не мало, что такие авторы встречаются во все эпохи, даже в XVIII и XIX вв. Вспомним, наконец, что многие из этих авторов во многих отношениях были и остаются в числе классиков предмета: такие имена, как Альварес де Пас, Лалеман, ла Регера (через резюме Шрамма), Скарамелли, Пулен и другие всегда, даже сегодня, очень часто встречаются в трактатах по католической мистике, чьи авторы стараются не ограничиваться односторонними сведениями. Что касается, в частности, Пулена, было бы несправедливо преуменьшать ту значительную роль, которую сыграл его трактат «Дары молитвы» в нынешнем возрождении исследований в области мистики. Если же к этим авторам присовокупить куда большее число тех, кто время от времени извлекает плоды величайшей святости из излиянного созерцания, то невозможно приписывать Обществу в целом антимистическую позицию.