Артур сцепил пальцы и положил на них подбородок. В одном ухе сверкнула серебряная серьга-кафа в форме полумесяца.

– В определенном смысле призраки не бессмертны, ведь они оказались в ловушке в мире смертных.

Эсте сделала большой глоток. В таких жизненных обстоятельствах вскоре придется переходить на декаф кофе, иначе сердце просто выскочит из грудной клетки.

– Разве бессмертие не подразумевает, что человек не умирал? Призраки и живы, и нет одновременно.

– Конечно они мертвы, – заявила Бриони. – Помните «Призрак 101»?

Эсте сломала ноготь, который теребила. Она сунула руки под ноги, чтобы не повредить маникюр еще больше, и раздраженно выдохнула.

– Они не живы, и не мертвы, где-то в центре диаграммы Венна.

– Ты теперь тоже эксперт? – усмехнулся Артур.

– Нет-нет, – поспешно ответила Эсте. – Я просто… предположила.

Пози принялась перекладывать бумаги, чтобы привлечь всеобщее внимание.

– Наследник существует, – начала она и лизнула большой палец, чтобы удобнее было листать страницы. – Но кем бы он ни был, призраки здесь очень давно, они видели и знали многих людей, но предпочитают хранить тайну.

Беглым почерком Пози написала на чистом листке имена членов семьи-основателей школы: «Робин, Джудит, Лилит Рэдклифф». А ниже – имена преподавателей: «Доктор Кирк, Айвз, мистер Лейбовиц».

– Или они хранят чью-то тайну, – добавил Артур.

– Зачем защищать существо и без того бессмертное? – удивилась Эсте.

– Возможно, они защищают не Наследника, – предположила Пози, – а кого-то другого. Допустим, у него есть нечто, важное для призраков, чего они не хотят лишиться.

Эсте отодвинула фотографию Матео подальше от папки.

– Это не Матео, можем вычеркнуть его из списка.

– Он в числе подозреваемых. То, что ты видела его дух, подтверждает, что книгу украл он. – Пози принялась перебирать листы и широким жестом выложила сканированную копию статьи из газеты начала двадцатого века. Это был некролог с пометками Пози, сделанными розовой гелевой ручкой.

– Как видите, здесь указано, что Роберт Рэдклифф скончался после своей супруги. У них осталась дочь Лилит и Матео – наследник рода Рэдклифф. А раз ты его видела…

– Это ничего не значит, – перебила Эсте. Она скрестила руки на груди и изо всех сил надавила кончиками пальцев на сгибы локтей. – Я уже жалею, что рассказала о том Матео, которого встретила.

– Подобные исследования – дело моей жизни, Эсте.

– Но это касается только моей жизни! – На глаза навернулись обжигающие слезы. Возможно, она даже не станет их сдерживать. Даже не станет вытирать.

– Если бы ты не отмазывалась от нас каждые две секунды, давно бы поняла, что я права.

– Нет, я не…

– Ты да, Эсте! Ты все пропустила! – Голос Пози срывался, она покачала головой. Краснота заливала щеки и шею, в глазах сверкнули серебристые искры. – Мы с тобой почти не видимся. Ты избегаешь меня и даже не замечаешь.

Звякнул колокольчик над дверью, и в бар влетел поток холодного воздуха. Однако в дверном проеме никто не появился, никто не переступил порог, разматывая шарф и стягивая перчатки. Эсте не нужен был тепловизор, чтобы понять, когда появлялся призрак: она их видела. Однако не сейчас.

Прошелестели желтые листья, приближаясь к стойке, словно прилипли к подошвам невидимых ботинок. Болтая о своем, никто из посетителей кофейни не заметил, как с барной стойки пропали два стаканчика с готовыми напитками, как плывут они, удерживаемые невидимой рукой, по воздуху в обратном направлении, к двери.

– Ты вот сейчас даже меня не слушаешь.

– Нет, я… то есть да, слушаю, – пробормотала, заикаясь, Эсте. – Я очень вас прошу, вас всех, держитесь подальше от этого. Я знаю, Пози, ты хочешь мне помочь, но просто поверь мне, Матео ни при чем.

– С чего такая уверенность? – Пози фыркнула.

– Потому что я его знаю.

Взгляд Пози стал острым, как лезвие кинжала.

– Наверное, ты хотела сказать, что знаешь о нем? – вмешался в разговор Артур.

– Я имею в виду… – Эсте не смогла договорить из-за спазма в горле. Она сглотнула и продолжала: – Я нашла его, видела после того, как он украл «Книгу Теней». Ты права, Пози. Он был призраком. Он и сейчас призрак.

Пози побледнела.

– Значит, ты можешь видеть призраков и скрывала от меня?

Эсте лишь пожала в ответ плечами. Какой можно сделать вывод из произошедшего в последнее время?

– Призраки совсем не такие, какими вы их считаете. И Матео не Наследник. Он спас меня от Тени.

Пози сняла колпачок с ручки и сделала несколько пометок на полях лежащего перед ней листка.

– И Теней ты тоже видела? Какие они?

– Они… – Эсте замолчала. Для Пози все происходящее – игра, для нее же – серьезная угроза. Сила, находящаяся в хранилище, страшнее любой самой страшной сказки. – Знаешь, мне надо идти.

Пози схватила губами торчащую из стакана соломинку, и на поверхности появились пузыри. Затем, подперев щеку кулаком, произнесла:

– Но наше собрание только началось.

– Я понимаю, но Матео обещал помочь мне с уроками. – Эсте быстро собрала свои вещи. У нее есть еще один цветок плюща – еще один шанс раскрыть тайны «Книги Теней».

– Не следует тебе часто с ним общаться. – Пози задержала на ней взгляд, пристальный и серьезный, говорящий о том, что соседка твердо уверена в сказанном. – Я провела расследование, ему не стоит полностью доверять.

Эсте покачала головой.

– Ты его даже не заметишь. Раньше ведь не замечала.

Эсте вышла на улицу, нырнула в холодный поток воздуха, за спиной звякнул колокольчик над дверью кофейни. Видимо, открыто одно из окон «Лилит», потому что даже отсюда она слышит ласкающую слух песню Теней, влекущую ее вперед. В полумраке она увидела Матео с двумя стаканчиками кофе в руках. По мере ее приближения улыбка его становилась шире.

– Как идет исследование паранормальных явлений? – спросил он, сделав глоток из одного украденного стаканчика. Они пошли по дорожке, и по мере приближения к библиотеке фигура его приобретала плотность.

Рядом с Матео становилось спокойнее и даже теплее, воздействие холода будто ослабло. Она пошевелила пальцами, желая взять его за руку, но, к сожалению, действие липкого нектара закончилось, а с ним ушла и возможность чувствовать прикосновения. Эсте плотнее сжала стаканчик, тепло через стенки проникало под кожу и разносилось по всему телу.

– Все отлично, – ответила она.

Ветер поднял листья, они закружились, пролетая сквозь Матео.

– Почему-то я тебе не верю.

Эсте выдохнула, и у губ появилась белая полоса пара.

– Пози встречается с Шепардом, я выпила много кофе слишком быстро, и теперь меня подташнивает, и еще Пози вероятно знает, кто такой Наследник.

Им предстояло пройти мимо зарослей болиголова – темный отрезок между двумя фонарями. Матео внезапно стал виден очень отчетливо, было заметно напряжение в его теле.

– Знает?

Лапы вечнозеленых растений задерживали лунный свет, на булыжниках были видны лишь редкие пятна. Иней хрустел под ногами. Эсте кивнула и пнула шишку под ногами.

Пози хотела убедить ее, что это Матео, но как такое возможно, когда он столько раз спасал ее, был рядом во всех темных коридорах и уголках. Без него она бы давно пропала, потому имя его так и не слетело с ее губ. Она проглотила его, как фокусник массивный ключ.

Эсте натянула пальцами рукава и скрестила руки на груди, будто создавая щит.

– Она думает, что это доктор Кирк, представляешь?

Матео задержал взгляд на тропинке к библиотеке «Лилит», где обезумевшие Тени бродили по пустым коридорам, провел рукой по непослушным волосам и вновь посмотрел на Эсте.

– Неплохой вариант, но сейчас важно найти страницы, а не установить личность Наследника. Пойдем, соберем книги и приступим к работе.

20

20

Еще некоторое время без полноценного сна, и Эсте точно смогла бы понимать язык мертвых и без нектара плюща.

В горле першило при каждом слове, из-за песка в глазах моргать было невыносимо больно. Над платанами вспыхнули первые лучи восходящего солнца и сделали видимым расползшийся по территории кампуса туман. Эсте и Матео лежали на ее кровати, все еще занятые изучением книг. Она не имела ничего против проведенной таким образом ночи, бок о бок, разделенными лишь «Книгой Теней», в окружении разных изданий, где должны были найти подсказки те же, что обнаружил отец. Сегодня они читали календарь фермера за 1997 года.

На занятиях Эсте почти все время спала, слюни стекали на рабочую тетрадь в широкую полоску, а она краснела и смущалась, когда преподаватель громко произносил ее имя.

Но сегодня утром к этому добавилась еще и головная боль от избытка кофеина, пульсирующая с каждым ударом ее уставшего сердца. В вазе на подоконнике не осталось ни одного цветка плюща, они завяли, теперь их лепестки усеяли пол, следовательно, они лишены шанса увидеть слова на языке мертвых.

– Не понимаю, зачем папе понадобился это календарь? – Она широко зевнула, прикрыв рот ладонью. Пелена перед глазами и в голове из-за бессонной ночи затрудняла мыслительный процесс, как и зрительное восприятие. Эсте хваталась за каждую идею, как за спасительную соломинку. – Он ведь был далек от фермерства.

Матео, не зависящий более от циркадных ритмов, выглядел свежим, как обычно, глаза оставались ясными, взгляд уверенным, по крайней мере, до того, как начинало вставать солнце. Он удобно устроился на подушке, положив одну руку под голову, другой поглаживал ее ладонь там, где сохранились следы нектара. К этому легко привыкнуть – расслабленному совместному времяпрепровождению, как и к обществу Матео.