– Тебе надо отдохнуть, Эсте, дорогая. – Голос стал глухим, будто звучал из телефона, находящегося на расстоянии вытянутой руки.

Эсте рухнула на кровать, голове было комфортно на мягкой подушке рядом с Матео. Тупиковых версий было все больше, не хватало удач, способных их сблизить. Веки опустились. Как хорошо бы сейчас вздремнуть минут пятнадцать, максимум двадцать.

Она открыла глаза, когда комната была уже наполнена дневным светом. Эсте не представляла, как надолго застряла между сознанием и сном. Все, что она видела, – Матео. Переносица, ямочка на подбородке, темно-синяя радужка. Яркие лучи заставляли его временами становиться почти прозрачным, но благодаря облакам бывал он видим и более четко.

Пожалуй, оказаться рядом с ним в ловушке навечно было бы не так и плохо. Можно слушать завывания октябрьского ветра, рвущегося в закрытые окна, бродить в шерстяных носках по натертому до блеска полу, рассветы и закаты слились бы для них, образовав новую картину, будто написанную акварельными красками.

– Добро утро, солнышко, – услышала она над ухом, едва открыла глаза.

– Что в нем доброго? – простонала она, вытянула руки и улыбнулась через силу. Коснулась экрана телефона, тот ожил и показал время: 8:37 утра. 8:37?

– О нет. – Она спрыгнула с кровати, качнулась из-за внезапной темноты перед глазами, устояла благодаря тумбочке, задержалась лишь на мгновение и бросилась к шкафу.

Матео приподнялся на смятом одеяле.

– Что значит «о нет»?

На футболку, в которой спала, Эсте натянула папин свитер.

– У меня встреча с Айвз. На этой неделе она перенесла ее на четверг, а я совсем забыла. – Волосы прилипли к лицу из-за того, что она просунула голову через вырез. – Мне ни в коем случае нельзя опаздывать.

Матео уперся в кровать локтем и склонил голову.

– По какому поводу встреча?

Эсте закрылась дверью шкафа и принялась натягивать джинсы.

– Думаю, на этой неделе разговор пойдет о том, что я проспала на прошлой неделе.

Конечно, это вышло случайно, она ничего такого не хотела, просто после атаки Теней и серии ночных смен организму требовался отдых. К тому же возвращаться в библиотеку – единственное место, где ее могут достать Тени, – совсем не хотелось. Ведь каждый человек имеет право на недомогание и больничный, верно? С Айвз они это не обсуждали, но Эсте становилось не по себе, стоило представить, как директор библиотеки сидит за своим столом, постукивая пальцами, ожидая, явится ли Эсте на этой неделе.

Разозлившись на весь свет, Эсте сунула в рюкзак учебник по английскому и справочник, который они изучали прошедшей ночью. «Книга Теней» оставалась у Матео.

Накинув рюкзак на плечо, она остановилась у двери. Казалось, Эсте не сможет сделать следующий шаг, не сможет уйти, оставив его. Больше всего сейчас хотелось лежать рядом, читая книги, и время от времени смотреть на его лицо, на падающие на лоб пряди.

– Я вернусь до обеда, – произнесла она.

– Я никуда не денусь, – усмехнулся в ответ Матео. Он выглядел так, будто хотел добавить что-то еще, но лишь покачал головой.

Эсте ступила на вымощенную булыжником дорожку, выдержав хлесткий удар ветра в лицо. Она провела пальцем под глазами, размазывая вчерашнюю тушь. По дороге к «Лилит» она обогнала нескольких человек, направляющихся к корпусу с лабораториями, пьющих на ходу кофе и морально готовящихся к экзамену. Длинные ночи и ранний подъем меняли безупречный внешний вид школы.

Эсте прошла по отполированной до блеска лестнице, подошла к двери и обнаружила, что кабинет Айвз заперт. Она подергала за ручку, но ничего не изменилось – дверь заперта. Удосужится ли Айвз появиться сегодня, чтобы отпустить грехи Эсте? Едва ли она первый ученик школы, случайно забывший в компании привидения и занимательного чтения о времени и предстоящей встрече.

За спиной скрипнули несмазанные петли двери в башню, и Эсте машинально закрыла лицо руками. Несмотря на белый день, она ожидала увидеть, как Тени приближаются и тянут к ней черные щупальца, а вместо этого увидела Айвз с красным носом и платком, повязанным на голове, как у Клепальщицы Роузи[10].

Директор бросила картонную коробку у двери, чтобы та не закрылась. Эсте осмотрела лестницу в башню, которая и при свете дня не выглядела привлекательным местом, ведь затхлый запах и липкие каменные стены никуда не делись. Айвз отряхнула руки и вытерла пот со лба.

– Мисс Логано, – произнесла она, запыхавшись, – а я решила, что ты меня избегаешь.

Эсте схватилась пальцами за рукава и натянула их, затем напряглась, отчего невольно приподнялись плечи, изобразила на лице раскаяние, словно хотела сказать: «Пожалуйста, пощадите». Наверное, сейчас она похожа на Пози, та с таким же выражение лица недавно сказала: «Прости, я съела последний рамен». Глаза большие и несчастные, нижняя губа оттопырена.

– Извините, я опоздала. Вам нужна помощь?

Айвз провела тыльной стороной по лбу, оставив грязный след, повернулась к Эсте и кивнула с улыбкой.

– Я решила, что пришло время кое-что изменить наверху, так что пара рук будущего библиотекаря не помешают.

Будущего библиотекаря. Слова прозвучали как зов на обед, который подгонял вернуться домой. У нее все еще есть шанс на будущее в Рэдклиффе. Но сколько их можно успеть получить от Айвз, прежде чем ее уничтожат?

Айвз подтолкнула к ней картонную коробку. Эсте наклонилась и подняла ее, стараясь сохранять обычное выражение лица, когда бок пронзила боль.

– Возьми ее, а я принесу секатор.

– Что принесете? – перепросила Эсте, но Айвз уже скрылась за дверью кабинета. Появилась она довольно быстро, держа в руках кусторез размером с туловище взрослого человека. В коробке, которую держала Эсте, были сложены около дюжины марлевых мешочков, пара спреев и банка с землей вперемешку с извивающимися червями. Странные изменения, Эсте рассчитывала совсем на другое.

Айвз стала подниматься по лестнице, Эсте старалась не отставать. За ними открылась и закрылась тяжелая дверь, и они остались в полной темноте. Окна были подняты лишь на половину, но все равно мороз сразу проник под одежду и коснулся кожи.

– Надеюсь, на этот раз, мисс Логано, – заговорила Айвз, не удосужившись повернуться, – ты позаботишься о том, чтобы все книги остались на своих метах. Касаться их – привилегия, а не право.

– Конечно. – Эсте с трудом сглотнула.

Открыв последнюю дверь, они оказались в святилище, залитом светом промозглого утра. Невероятно, будет ли она всякий раз, попадая сюда, испытывать трепет? В присутствии этих реликвий, драгоценностей, произведений искусства, хранящих тайны многие годы, не подвергшихся влиянию самого времени.

– На днях я нашла в книгохранилище запасной ключ от башни. Ты, конечно, ничего об этом не знаешь. – Айвз принялась работать секатором. Острые лезвия легко перерезали стебли плюща, куски его быстро темнели и умирали.

Эсте принялась собирать волосы в хвост на макушке и наклонила голову, в большей степени чтобы скрыть румянец от смущения. Из тумана воспоминаний всплыла картина: она убегает от Теней, ключ со звоном падает на пол, но времени подобрать его не остается. Она и сейчас явственно слышит этот звон.

– Н-нет, – пролепетала Эсте.

– Лучше сразу подрезать растение, не дожидаться, когда оно разрастется бесконтрольно, – произнесла Айвз, будто обращаясь к плющу, и принялась яростно работать инструментом. Еще один кусок отсечен и безжизненно падает к ее ногам. – Может, во время одной из смен ты видела кого-то у хранилища?

Эсте покачала головой. Губы сжались, превратившись в тонкую полоску. Айвз же улыбалась по-прежнему широко, однако одними губами, глаза оставались серьезными. Вблизи было видны темные круги под глазами, тщательно замаскированные консилером, который сейчас скатался и забился в мелкие морщинки. Экзамены в середине семестра вызывают стресс в том числе у директора библиотеки?

– Ясно. – Айвз опустила секатор и ткнула острым концом в коробку. – Мы вымоем пол и рассадим плющ в другие места на шкафах.

Эсте пнула срезанный кусок вьюна носком кроссовки. Казалось, сейчас проявятся на пыльном полу следы, там, где она проходила с призраками.

– А он не представляет опасности для книг?

– О нет, напротив, плющ обладает свойством их защищать.

Бутоны оставались закрытыми при дневном свете, однако аромат просачивался сквозь лепестки, словно повинуясь неслышным магическим заклинаниям. Айвз глубоко втянула носом запах и закрыла глаза на несколько мгновений, наслаждаясь. У Эсте же, напротив, он вызывал неприятные воспоминания и ощущения в пустом желудке. Остается надеяться, что она не выглядит очень бледной или, того хуже, зеленой.

– Например, от разных вредителей, – продолжала Айвз. – Божьи коровки, жуки, тараканы.

Она указывала Эсте, что делать, и та принялась сажать семена плюща, подчиняясь, будто ей управляли с помощью нитей, как марионеткой. Ногтями девушка делала полудюймовые бороздки в насыпанной в глиняные горшки почве, выкладывала около чайной ложки семян, закрывала сверху землей и сбрызгивала водой. Эсте потеряла счет количеству повторений одной и той же процедуры.

По ходу она мельком оглядывала полки с книгами, словно надеялась заметить отпечатки папиных пальцев на переплетах. Скорее всего, он спрятал вырванные страницы где-то в «Лилит», либо порвал на кусочки и отправил в переработку, чтобы процесс навсегда растворил написанные чернилами строки, а из бумаги сделали нечто более полезное для людей – новые листы или пакеты для продуктов.