– Неужели уже пора на занятия? Мне бы хотелось проводить с тобой больше времени. Ситуация усложняется и становится опаснее с каждой минутой, пока «Книги Теней» не в моих руках.

Эсте не знала, что ответить. Прежде всего, надо переосмыслить всю полученную информацию. Тени хотят ее смерти, и теперь она не могла с уверенностью сказать, что к этому не причастен Матео. Она ему доверилась, а он ее предал – осознание острым кинжалом кольнуло ребра и пронзило и без того раненное сердце.

– Что ж, иди. – Айвз жестом указала на дверь. – Но не опаздывай сегодня на работу. Ты нужна мне в библиотеке, Эсте.

21

21

Сообщение, заставившее Эсте прервать разговор с Айвз, так и осталось на экране телефона. И было оно не от Пози, как ожидалось, а рассылкой с купоном от «Пицца Таун». «Узнай нашу пиццу ближе и увидишь, как тебе подмигнет Великий Гетсби!» Яркие мультяшные буквы обещали дополнительный сыр. Все это совсем не соответствовало настроению Эсте. Его не смогло изменить к лучшему даже обещанное спецпредложение: «Покупай одну, получай вторую бесплатно».

Эсте открыла страничку в Instagram[11], которая была почти забыта ею. Откуда взяться интересным фотографиям, если проводишь большую часть дня в библиотеке? Она с любопытством полистала фото одноклассников: девочка, с которой они вместе посещали уроки поэзии, выложила целую серию снимков по теме Эмили Диксон, а член команды по гребле – с тренировок, несколько ребят, которые занимались театром, рекламировали ближайшую постановку. Эсте ввела имя Пози в строку поиска и принялась барабанить пальцами по корпусу, ожидая пока загрузится страничка.

Пози фотографировала в кампусе все подряд, но ее снимки были похожи на открытки, подобраны по цвету и стилю, отредактированы. Хвастливые дудлы, смешные подписи под фотографиями, которые выглядели не современными, а старыми полароидными снимками.

Были на ее страничке селфи с исследователями паранормальных явлений, сделанные у стола для пикника на лужайке. На нем рядом со стаканчиками кофе размером, кажется, с их головы грудились учебники. Фотография Шепарда и Пози, целующихся у фонтана Гаспер. Одна нога ее согнута, в руке зажат букет цветов, а за ними бьют, разбрасывая брызги, струи воды. Эсте листала дальше. Вот Пози и Бриони позируют в своих костюмах фанатов истории, этот снимок использовали на листовках клуба.

Зеленая точка в углу говорила о том, что Пози в сети.

Эсте провела рукой по глазам, смахнула несколько слезинок. Пози была настойчива, хотела ей помочь, но не сейчас, когда помощь нужна больше всего. Она столько раз отталкивала Пози, что не имеет права винить соседку за то, что она не ответила сразу.

Толпа учеников разошлась по кабинетам, Эсте должна быть в их числе, должна слушать проповеди мистера Донохью о гениальности Вирджинии Вульф. Возможно ли это в моменты, когда жизнь рушится в очередной раз? Все, что у нее было, превращается в пыль прямо в руках?

Вместо класса ноги сами понесли Эсте наверх, в библиотеку, а там к комнате отдыха старшеклассников. Уже потянувшись к ручке, она внезапно засомневалась и замерла. Всего несколько недель назад на пороге этой комнаты она почти не верила в призраков и за столь короткий срок проделала значительный путь. Не просто поверила, а пошла дальше: она стала им доверять.

Им всем. Неужели все даже хуже, чем можно предположить? Неужели призраки все это время знали, что Матео и есть Наследник, и скрывали от нее? Или им ничего не известно?

Если они все заодно, значит, ее появление в этой гостиной равносильно смертному приговору. Однако если и они пребывают в неведении, если темная правда от них скрыта, как и от нее, то необходимо все им рассказать. Так поступают друзья. К тому же, возможно, просто возможно, что она ошибается насчет Матео. Они знают его давно, наверняка им известно то, что очистит его имя.

Эсте переступила порог. В помещении было тихо. Эйфа сменила привычные книги научного содержания на любовные романы в мягких обложках, и теперь они с Лукией хихикали над пикантными сценами. Дэйвид лежал на диване, закинув ноги на спинку, и водил перьевой ручкой по страницам блокнота.

– Привет, Эсте, – произнес он. – Как жизнь?

– Бывали дни и получше, – бросила она, не повернув головы, и прошла к половице. Топнула по ней, чтобы другая сторона поднялась и Эсте смогла достать связку ключей.

– Что же тебя тревожит? – спросила Лукия, выглянув из-за обложки эротического романа.

Эсте прошла к столу и принялась раскладывать на нем все, что у нее было по делу, над которым они работали: формуляр «Книги Теней» в пластиковом пакетике, справочник лекарственных растений, стихи, которые брал в библиотеке папа, и листок бумаги из фонтана Гаспера. Может, если хорошо подумать, все эти предметы помогут ей сделать правильные выводы? Она так часто их разглядывала, что вспомнит и с закрытыми глазами. Но пока она так и не поняла, что хотел сказать этим папа, к чему он ее ведет?

– Расскажите, как это произошло? – спросила она призраков, подперев кулаком голову. – Каково испытать такое впервые?

– Вообще-то я еще девственник, – отозвался Дэйвид.

– Я не об этом. – Эсте посмотрела многозначительно. – Я имела в виду, что вы чувствовали, когда Тени забирали часть вас, когда тело отделялось от души. Вы помните, как это было?

– Просто, как дважды два, – пискнула Лукия. – Было 25 октября, поздний вечер, почти ночь. Я несла книги в хранилище. Вот тогда Тени и вонзили в меня свои когти. Но их я не видела ни тогда, ни раньше.

– Потому что в книгохранилище темно? – спросила Эсте.

Лукия нахмурилась, по лицу было видно, что она погружена в прошлое.

– Я понимаю, это прозвучит странно, но они и были самой тьмой. Мне некуда было бежать.

Эсте придвинула к себе формуляр. Рядом с именем Лукия кроваво-красным была выведена дата ее смерти. Ниже было написано еще чье-то имя, но затерто, и между строчками втиснуто: «Эйфа Годрич».

– Эйфа, ты умерла 3-го октября?

Девушка подняла глаза, явно недовольная тем, что ей помешали читать.

– Да. Я должна была работать в другую смену, но поменялась. Помню, как расставляла книги по полкам, а в следующее мгновение очнулась уже здесь, вместе со всеми.

– Дэйвид? – Эсте перевела взгляд. – 22 октября, верно?

– Да. Той ночью была моя смена, ко мне зашли друзья. Одна девушка попросила принести ей книгу. Последнее, что я помню, как перед глазами все потемнело.

Эсте попыталась представить удушающую хватку Тени, меркнущий свет, путь в небытие и пробуждение в мире мертвых.

– Вы поняли, что умерли?

– Не сразу. Я помню, как Матео привел меня сюда, усадил к камину. – Дэйвид повел плечами, будто ему до сих пор было холодно.

– Получалось у него коснуться тебя?

Он замотал головой.

– Я не помню.

Будь Матео Наследником и бессмертным, он не имел бы возможности физически контактировать ни с одним из призраков, до поры…

– Почему ты спрашиваешь? – Эйфа смотрела напряженно, словно хотела проникнуть в мысли и душу Эсте.

Она постучала пальцем по формуляру с их именами.

– Тени не убили меня. Рядом с моим именем не стоит дата смерти. Но рядом с вашими она указана.

Эйфа посмотрела на Лукию, та на Дэйвида, а тот потупился и потер затылок.

– Может, они еще не голодны?

Эсте была уверена, что аппетит – совсем не проблема для Теней.

– Исключение лишь Матео, – произнесла Эсте, размышляя вслух. Сердце сжалось от страха, когда в голову пришла очередная мысль; дата напротив его имени была полустерта, практически не читаема. Какое-то число в октябре, год виден четче – 1917. – Он сказал мне, что с ним это случилось в башне, но… это очень и очень странно.

По собственному опыту она знала, что Тени не покидают третий этаж, самый темный во всей библиотеке. Когда она убегала от них, щупальца сразу отпрянули, натолкнувшись на полосу света, будто обожглись. Тогда они показались ей похожими на края листа бумаги, опаленной огнем. Их сила проявляется только в темноте, а в башне со шпилем окон столько, что и не сосчитать. Сложно представить, что в залитом лунным светом помещении Тени способны продержаться несколько минут.

Следом Эсте вспомнила Робина Рэдклиффа, писавшего покойной жене при свете звезд. Об этом думать не хотелось ни сейчас, ни когда-либо потом, и причина в том, что от такой преданной, искренней любви, бросающей вызов самой смерти, в груди появлялась давящая боль, а испытывать ее не было никакого желания. Скорее всего, Робин знал что-то, ей пока не известное. Почему-то ведь он сидел в той башне, рисуя карты звездного неба и сочиняя письма жене? Небо он знал лучше многих.

Эсте коснулась потрепанного края газетной вырезки.

15 октября 1917 года в башне случился пожар, одна искра уничтожила драгоценные для Рэдклиффов вещи, в том числе письма Робина. Его мудрость и рассуждения не сохранились для потомков.

По этой причине папа изучал календарь для фермера, он вовсе не задумывался о растениеводстве, ему нужны были фазы луны.

– Лукия. – Эсте вздрогнула и оживилась от возникшей догадки. – Найди календари и просмотри дни смерти каждого из вас. И на этот год тоже.

Пока Лукия просматривала их, Эсте водила пальцем по страницам календаря за 1997 год, изучая фазы луны. Новолуние 1-го октября, затем 31-го того же месяца. Но кто-то – папа? – обвел дату неаккуратным синим кружком. Лукия разложила календари на журнальном столике, и призраки окружили его, будто стервятники, жаждущие ответов.