Крестоносцы менее чем в 9 стайях, не видя и не слыша никого, и имея сведения о слабой дружине в Коронове, послезали было с лошадей и как раз осматривались, когда перед ними тут же заблестели доспехи и красные копья появились на глазах.

Они так были не готовы к бою, что только лишь рванулись к лошадям, опротрубя и садясь на них.

А так как Медведь по-рыцарски давал им время и не спешил с нападением, пока не построились бы в шеренги, имели его достаточно, чтобы сесть на коней и пуститься галопом назад.

Видно, битвы так неожиданно принять не могли и место для неё было для них неудобно.

Пустился тогда Медведь и королевские лучники в погоню. Хоругвь шла в порядке за ними. Стрелы летели густо и все попадали, люди и кони падали. На лучников всё больше на бегу обращались крестоносцы, а те отступали к своей хоругви; но едва начали назад убегать, снова на их шее сидели.

У остального рыцарства было время подоспеть, так как этот поединок продолжался почти час.

Все чувствовали, что это только закуска, а самый пир должен прийти, когда к себе воротятся.

Два отряда гнались так даже под Лацко, деревеньке, расположенной на холме, у которой возвышалось место, выбранное крестоносцами. Решили принять битву, доверившись тому, что противник разместится внизу, и что, со всей силой на него бросившись, они легче сломают строй.

Но они имели дело с Судзивым, Медведем и Брохоцким, людьми рыцарского дела, которые также умели рассчитывать.

– Староста, – восклицал, мчась, Топорчик Брохоцкому, – вы только посмотрите на доспехи: это не какие-нибудь оруженосцы и кнехты, но правое рыцарство… Шлемы и щиты свидетельствуют. Плащей белых достаточно, но поясов немецких ещё больше.

– С Божьей помощью не будут эти доспехи слишком прочные для наших зубов! – кричал Брохоцкий.

Медведь подбежал к хоругви и также двинулся с войском направо к холму, чтобы отобрать выгоду у неприятеля. Более того, оборотом этим он сделал то, что храбрейшие рыцари, которые уже стояли в первом ряду, должны были, желая вступить в бой, сменить положение и повернуть в сторону.

Когда выстроились оба войска, заметили также один вымпел с двумя полями – белым и красным, который нёс рыцарь стройный и проворный.

Могли хорошо приглядеться одни к другим и посчитать, ибо стояли близко и каждый выбирал своего. Только тут показалась правда того, о чём Топорчик заранее сообщал: немецкая сила была значительная и отобранная. Рыцарь в рыцаря в полных доспехах, блестящие железные щиты, в шлемах, сбоку мечи и молоты, и топорики. На шлемах то перья, то разные немецкие химеры поднимались; на щитах также были знаки, нечитаемые для поляков, но сильно разными ингредиентами приправленные. Когда на польских видели подковы с крестом, топоры, луны; на немецких всё вместе было пёстро смешано. Люди в первом ряду стояли как стена: плечо к плечу, рослые, крепкие, огромные. Длинные копья перед ними торчали как лес.