Вариантов было несколько. Можно просто вернуть находку, изобразив из себя дурачка, тем более что обычный русский князь и впрямь ни черта бы не понял, а потом потихоньку поставлять именно те сведения, которые выгодны Руси. Словом, сыграть дяденьку втемную. Но беда в том, что это купец, то есть вольный человек, который из-за своей работы пребывает то тут, то там и все равно увидит многое из того, что ему не следует видеть. К тому же тогда так и останутся неизвестными и задачи лазутчика, и то, что он уже успел углядеть. И главное — неясно, известно ли ему о новом оружии, а если да, то что именно.

Вариант номер два — самый простой. Припереть к стенке, расколоть на всю катушку, после чего размазать по той же самой стенке. Жаль только, что он в большом авторитете у своей братии, а значит, будут весьма упорно искать и могут дознаться, кто виноват в его исчезновении и смерти. Тогда-то уж точно прости-прощай большая торговля на Рязани, потому что никому ничего не докажешь — самодур-князь угрохал купца из-за его богатства, и все тут.

Да даже если и не дознаются, все равно пойдет слух, что порядка в Рязани нет, коли в городе пропадают такие именитые люди. Повязать его где-то в другом месте? Тоже навряд ли получится — он со своим товаром в одиночку не ходит. Тем более если такое проделать на территории собственного княжества, все равно пойдут нежелательные разговоры — нельзя ездить в Рязань, уж больно много там разбойников, а выждать, пока он доедет до границы другого княжества, чревато конфликтом.

Стало быть, оставался третий вариант — перевербовать. Был он самый рискованный, и при нем можно и самому запросто оказаться в дураках, но зато в случае успеха именно он сулил крупный выигрыш. Двойной агент намного лучше, чем тот, кого работают втемную, — об этом Костя знал по скупым рассказам своего двоюродного братца, который в свое время служил в КГБ. Когда пришедшие к власти демократы «ушли» его на пенсию, он от скуки иной раз в застольных беседах позволял себе упомянуть о некоторых методах работы некогда родной конторы.

Конечно, хитрюган Ибн аль-Рашид мог наобещать с три короба, а потом, отъехав подальше от Руси, гордо рассказывать Чингису, как он ловко надул русского князька. Да и прижать будет нечем. У него здесь ни семьи, ни дома, да вообще ничего. А нужен крючок, причем надежный и очень прочный, чтоб не соскочил. Впрочем…

Константин почесал в затылке, вновь хлопнул в ладоши и велел Епифану позвать сюда златокузнеца Румяна. От всех прочих тот выгодно отличался тем, что был нелюдим, да к тому же имел лишь единственного сына — всех близких он потерял еще лет десять тому назад, во время большой замятни между Всеволодом Большое Гнездо и рязанскими князьями.