А потомки запомнят его вот таким: грозным, могущественным мужчиной, легко держащим над головой полуторник с прихотливо украшенной гардой. И уж конечно, через пару веков никому и в голову не придет, что до конца своих дней, до последнего вдоха, Видар Альвир был бесконечно предан роду Аритенов – об этом и теперь мало кто помнит. Беспощадная это вещь – легенда.

Что-то щелкнуло, вырывая Нейда из потока безрадостной философии. Он перевел взгляд на Жаворонка, тот выглядел бесовски довольным собой.

– Прошу! – мальчишка приглашающе махнул гнутой вилкой в сторону открывшегося прохода. – Талант не ржавеет.

Альвир невольно улыбнулся в ответ, шагнул вперед; глухая темень чуть отодвинулась под натиском желтых бликов, сочившихся из выбитых в фонаре отверстий. Если напрячь глаза, можно было разглядеть угол лестницы и узкий коридор. Лиар здесь прежде не бывал, но едва ли он многим отличался от других скрытых ходов эверрского замка.

– Ну что, идем? – он оглянулся на Рика и даже растерялся немного от того, как сильно поменялось лицо мальчишки. Улыбка сошла с него моментально – как снег в открытой степи. Жаворонок сделал торопливый шаг назад.

– Эй! – Альвир повернулся к нему всем корпусом, силясь понять, что опять не так. Сообразил и неловко развел руками. – Ах бесы… Прости, не подумал.

Узкий темный коридор – такой, что и одному не развернуться, – без окон. Сыро, как в каком-нибудь склепе. Человеку, который всю дорогу мотался по тюремным камерам, едва ли будет легко здесь находиться. Фениксовы перья, а ведь будут еще запертые двери, самому Пиару с ними не справиться… Но Жаворонок стоял неподвижно, и физиономия его в тусклом свете фонаря казалась совершенно изможденной – таким Нейд увидел его впервые там, в Айхане. Опустились вниз худые плечи и уголки обветренных губ.

– Рик, если… – начал принц, но тот перебил, насилу возвращая себе насмешливо-снисходительный тон:

– О нет!.. И чего ж тебе так неймется кого-нибудь пожалеть? В порядке я, ничего мне не сделается!

Пока Альвир растерянно сопел, не находя, что тут можно ответить, Рик шагнул в темноту прохода, и пришлось следовать за ним: ну куда он без фонаря-то?..

Неймется, значит? Вот чтоб он еще раз!..

– Подвинься, дай вперед пойду, – буркнул он, пытаясь протиснуться между узких стен. Дверь Альвир не рискнул оставлять открытой, так что теперь, когда исчез зыбкий прямоугольник выхода, не по себе стало даже ему самому. – Ты даже не знаешь, куда идти.

– Можно подумать, ты знаешь, – Жаворонок все-таки освободил дорогу, вжавшись спиной в осклизлую стену.