Ответа на этот вопрос мы не нашли и в Домбанге. Целый день пробирались по извилистым протокам дельты – тем самым, по которым должны были двигаться солдаты Рука, – но встречали только крокодилов, уток, виноклювов и крошечных синеголовых камышовок. Дым домбангских очагов показался, когда солнце уже упало с залиловевшего неба. Первая встреченная нами лодка оказалась длинным челном с полудюжиной рыбаков. Они, оставив сеть, опасливо поглядывали на нас, но не помахали в знак привета и не окликнули.

Мы с Руком гребли весь день, теперь он поднял весла.

– Зеленых рубашек не видели? – крикнул он.

Дельта, как обычно, приглушила голос. Он как бы растворился в тростниках, канул в ил.

– Лодки с военными, – пояснил Рук. – С солдатами.

Старший рыбак серьезно покачал головой, еще раз оглядел нас и снова занялся неводом.

– Может статься, твои солдаты мертвы, – лениво заметила Эла. – Как те, с барки.

Это были не первые ее слова за долгую дорогу к дому, но только теперь Рук ей ответил. Он резко обернулся к вальяжно раскинувшейся на корме женщине и нацелил в нее палец, будто задумал проткнуть горло.

– Людей на барке заманили в засаду. Возможно, многие были пьяны – допивали ром перед заходом в город. Мои были вооружены, каждый с арбалетом, мечом и копьем. И готовы встретиться с врагом.

– Никто не готов встретиться с Дарованной страной, – сказала Чуа.

Она подсела на мою скамью и забрала у меня из рук весла.

– Подвинься, – велела она.

– Я догребу.

– Скоро ночь, а ты стала грести медленней. Не хочу умереть на подходе к Домбангу, когда уже дымком тянет.

Я неохотно уступила ей место. Мы с Руком в этот день не разговаривали, но мне было хорошо и даже радостно сидеть так близко к нему, подстраиваться к ритму его движений, слышать его глубокое, ровное дыхание, когда он налегал на весла, задевать плечом его голое плечо. Мы так долго были противниками – дрались, испытывали друг друга, а тут довелось работать над одной задачей, в согласии. Тяжесть весла – это честная тяжесть. Пока мы молчали, лгать не приходилось.

Но и Чуа была права – силы у меня кончались. А чем скорее мы доберемся до Кораблекрушения, тем скорее узнаем, куда пропали лодки и солдаты Рука. Больше того, я поймала себя на желании поскорее вернуться в Домбанг. Обратный путь мы прошли без потерь – змею, подплывшую к борту, Чуа ловко проткнула острогой, – но ночная дельта воскрешала во мне детские воспоминания: как я, голодная и перепуганная, притулилась на низкой ветке, сжимая в руке нож и ожидая подбирающейся из теней смерти. Смерть меня теперь не тревожила, но, кроме нее, есть и другие страхи, так что я с облегчением выдохнула, когда вокруг нас сомкнулись стены домов и последний отсвет заката сменило розовое сияние фонарей.