– Я могу помочь, – ответила Белла тоже серьёзнее, но от того не менее решительно. – Я…

– Ты упряма, как твоя мать! – Франсиско не кричал, даже скорее понизил голос, но Одиль всё равно едва не прикрыла уши – такое неприкрытое чувство, то ли боль, то ли гнев, прозвучало в нём. Впрочем, он тут же успокоился – во всяком случае, следующие слова сказал холодно и властно. – Дважды повторять я не буду. Иди и соберись.

– Дядя…

Франсиско не ответил, и спустя мгновение Белла выскочила за порог и захлопнула за собой дверь – бледная, с высоко поднятой головой и глазами, сверкавшими так, что Одиль усомнилась, не слёзы ли в них стоят. Но нет: когда она поднялась к ним, быстро и впечатывая на каждой ступеньке каблук в дерево, глаза её были даже слишком сухи.

– Вы слышали?

Из них троих кивнул только Адриано – и так было всё понятно.

– Я не думаю, что он в самом деле пьёт в кабаке, – пояснила Белла, помолчав. – Но если его нет здесь и нет дома, где-то же он должен быть?

– Мама сказала, что он уехал домой, – напомнил Ксандер.

– Твоя мать не знала, почему, – уточнила Одиль, которая настолько-то их разговор расслышала. – Не похоже, чтобы он с ней прощался. Она могла просто увидеть, что он ушел – и сделала логичный вывод.

– Уйти домой он мог бы и из комнаты, если что, дверь-то есть, – заметила Белла, и у Одили слегка отлегло от сердца: подруга стала рассуждать, а значит, успокоилась.

– Тогда…

– Погодите.

Этот тон у брата она знала и сразу же умолкла. Так и есть: Адриано хмурился, потирая брови, то сводя, то разглаживая морщины на переносице, и явно силился что-то вспомнить. Белла нахмурилась тоже, словно собираясь его поторопить, но Ксандер, который, похоже, тоже уже выучил повадки приятеля, взглядом призвал её к молчанию.

– В кабак, – тем временем пробормотал Адриано. – Смотрите. Я был там, в этом вашем городке, у кабака в порту…

– Я упоминал его, да, – совсем тихо, словно боясь спугнуть, засвидетельствовал Ксандер.

– Ну вот. Я там пел…

– Ты мог его и не увидеть, если он там был, – вставила Белла. – Вряд ли там…

– Я не о том, – отмахнулся Адриано. – Неважно, что там было, хотя я и вправду его там не видел, но ты права, народу там было достаточно, а я никого не искал.

– Как же тебя так удачно схватили? – подняла бровь иберийка. – На глазах у всех скрутили?

– Говорю же, девицей подманили, и я в переулок, – уже нетерпеливо отозвался Адриано. – Но не это важно. В переулке они мне мешок на голову и пристукнули для верности, так что я в себя только на лодке пришел. И вот там они такую странную вещь сказали…