Светлый фон

Декабрь 1918 года Забайкальский край

Декабрь 1918 года

Забайкальский край

Унгерн рассчитывал, что о его уходе из Даурии Колчаку и Семенову станет известно недели через две, но он ошибся. Уже через три дня и тому и другому донесли, что барон с небольшим отрядом ушел в Монголию, прихватив с собой Романовых. Колчак вызвал к себе полковника Пугачева и британского агента Рейли.

Несмотря на приглашение Колчака, Рейли сесть в кресло отказался. После порки он уже мог ходить, но не сидеть.

– Унгерн ушел в Монголию с отрядом до двухсот сабель, – докладывал Пугачев. – Объявленная им цель – Тибет.

– Это чушь! Бред сумасшедшего!

– Ну … он и есть сумасшедший.

– Даже безумец должен руководствоваться какими-то, пусть и бредовыми, мотивами. Что ему делать в Тибете?

– Вот стенограмма его речи перед отрядом, – передал Пугачев Колчаку листок бумаги.

Пробежав речь глазами, Колчак в раздражении бросил листок на стол.

– Бред! Вы считаете – это его действительная цель?

– Других сведений не имею.

– Рейли, что думаете вы?

Рейли заговорил по-английски, но Колчак махнул рукой:

– Говорите по-русски.

И Рейли заговорил-таки по-русски. Вкрадчивый одесский говорок и некоторые тамошние словечки, употребляемые неосознанно, сделали изложенный им план похожим на рассказ тети Цили, как надает она по шее этому бандиту Мише, что бросает с балкона окурки на ее незабудки. Полковник Пугачев невольно ухмылялся, заслушавшись, а Колчак сидел с лицом «я выдержу и это ради спасения России». По существу же план Рейли заключался в следующем: он во главе небольшого отряда выходит налегке, догоняет Унгерна, обходит, не вступая в контакт, и в Западном Китае, гдето в районе озера Кукунор, склоняет тамошних бандитов-тангутов к нападению на караван Унгерна.

Колчаку план понравился, особенно тем, что в этом случае Романовы должны погибнуть от рук азиатских разбойников вдали от России и безо всякой ответственности за это ее Верховного правителя. Рейли получил приказ немедленно готовить экспедицию, а полковник Пугачев – оказать ему всемерное содействие.

Атаману Семенову доложили об исходе барона в тот момент, когда он обедал со своими японскими друзьями – двумя полковниками. Семенов выскочил из-за стола и на кухне ресторана шашкой изрубил буфет…

Из записок мичмана Анненкова 8 декабря 1918 года