Я направил коня к нему. Казак еле ковылял, опираясь на винтовку.

– Садись!

– Никак нет, ваше благородие!

– Что?!

– Его превосходительство приказали отстающих не брать.

– Ты что, твою мать! Замерзнешь на хрен!

– Бог даст, не замерзну.

– Что с ногой?

– Зашиб, когда лошадка пала.

– Куда ты с больной ногой! Садись!

– Не … Благодарствуйте, ваше благородие, но я лучше уж так как-нибудь, чем его превосходительство палкой забьет или разденет.

– Как разденет?

– Очень даже просто. Прикажет всю одежу снять, да и отпустит на все четыре …

Он едва переставлял ноги. Сквозь ткань его вещмешка проступила и капала кровь.

– Что в мешке?

Казак смутился.

– Это … от моей лошадки, ваше благородие! А что ж делать? Ей уже не нужно, а мне пригодится.

– Садись! Государь послал за тобой.

Казак остановился, посмотрел недоверчиво и с надеждой:

– Сам Государь?