Словно желая поскорее избавиться от воспоминаний, она потрясла головой.

– Однажды он уже украл отсюда одну важную вещь, еще при твоей бабушке. До Империальной звезды так и не добрался, но ты права, однажды доберется.

– Но зачем она ему так нужна?

– Бессмертие. Безграничная власть.

Она произнесла это так обыденно, словно сказала, что Миносу нужен воздух, чтобы жить. По спине прокатились мурашки.

– Минос желает иметь власть над всеми ведьмами и магами, не только из Дома крови. Никто в Верховенствах не согласен с его… методами. – Малана хмыкнула. – Поэтому он хочет заполучить их силой.

– Но чем остальные лучше? Взять Дом теней хотя бы. Убивают собственных же некромансеров за мелкие проступки!

Малана отшатнулась, точно от пощечины, и недоуменно взглянула на меня.

– Какими ядами они напичкали твой разум, дитя?

Шнурки на моих ботинках вдруг стали очень интересными. Мир магии казался мне черно-белым, и, только находясь в мире мертвых рядом со своей покойной прабабушкой, я впервые задумалась о правде.

То, что говорил мне Минос, оказалось обманом. Именно Минос держал мою мать в заточении, а не Синклит. И все же моя мать почему-то приняла решение покинуть Дом теней и растить меня вне магии.

– Дом теней всеми силами пытается уберечь своих магов от влияния Миноса. Ведь ты должна понимать, дар у нас редкий. Но они не предпринимают ничего неэтического, в отличие от этого… ублюдка.

Ненависть так и сочилась из Маланы, стоило упомянуть его имя.

– Мама явно так не считает, – подметила я.

Малана сверкнула глазами, и на мгновение мне показалось, что уверенность в ее позе пошатнулась, плечи опустились, но она быстро взяла себя в руки.

– Тамала сама тебе расскажет, почему она приняла такое решение, – поспешила отложить эту тему прабабушка. – Это связано с… твоим отцом.

Меньше всего я ожидала это услышать, но логично было думать, что мой отец как-то замешан в этом.

– Он тоже был магом? – спросила я.

Малана колебалась. Я машинально наклонилась чуть вперед, чтобы показать, как внимательно ее слушаю.

– Она расскажет тебе сама.

– Дипломатичный ответ.

Я откинулась на спинку лавочки и ощутила, как что-то давит мне на бедро.

Карманные часы показывали, что у меня осталось меньше сорока минут. Время текло стремительной рекой – явно быстрее, чем на Земле.

– Я… я должна идти! – воскликнула я и вскочила.

Малана последовала за мной.

– Мора, пообещай, что отправишься домой. Не позволь ему заполучить Империальную звезду!

– Я должна ее найти! Ради мамы.

Малана разозлилась.

– Это несусветная глупость! Он заберет ее и избавится от вас обеих!

Я ускорила шаг, и скоро мы обе перешли на бег. Малана сильно отставала, но не оставила попыток переубедить меня, бросая то молитвы, то проклятия вслед.

– Чертова девчонка! – услышала я где-то вдали.

Я привалилась к дереву, чтобы восстановить дыхание, и случайно наступила на чью-то могилу. Взглянув на надгробие, я обнаружила свое имя. Без даты рождения или смерти. Просто мое полное имя и свежевырытая земля. Ну и жуть.

Если мир мертвых пытался передать мне какое-то послание, у него это получилось. Я бросилась бежать по кладбищу в поисках выхода. Стрелка часов неумолимо двигалась к тому моменту, когда моя задница будет возвращена в Дом крови. В легких горело.

Я пробежала мимо знакомых мест и затормозила пятками. Слизистая грязь покрыла мои ботинки, но я и не заметила. Мой взгляд был прикован к невысокому зданию.

Склеп святого Иосифа.

Стрелка компаса затряслась, будто в конвульсиях, и остановилась аккурат перед входом в склеп.

Я выругалась от страха и облегчения одновременно. Ноющее внутри чувство, которое твердило, что кладбище уж очень походило на то, что было в Винбруке, не обмануло меня. Я и в самом деле очутилась в какой-то жуткой копии знакомых мест, за исключением двух огромных звезд в небе. Часы напомнили мне, что осталось пятнадцать минут.

Горгульи на входе словно избегали на меня смотреть. Внутри склеп выглядел почти таким же, как и в день, когда я в последний раз переступила его порог в Винбруке. Это место казалось по-настоящему старинным. Даже воздух здесь разительно отличался от обычного. Пахло покрытым пылью камнем и расплавленным воском.

В памяти возникли воспоминания ритуала перехода в Дом крови. Тот день казался таким далеким, словно в прошлой жизни. Затем перед глазами пронеслись и другие вечера, проведенные на жутком кладбище. Я застыла на месте, застряв между вдохом и выдохом. Как же печально, что в нашем городе, кроме кладбища, больше некуда было сходить.

В склепе не лежала пыль на гробнице и полках, что напомнило мне, где я находилась на самом деле. Замерший во времени, святой Иосиф наблюдал за мной с иконы у потолка. Что я здесь делаю? Я должна была отправиться искать Империальную звезду, но что-то тянуло меня в глубь помещения, не позволяя повернуть назад.

Гробница Иосифа сверкала, точно ее только что отполировали. Я не могла отвести взгляд. Пальцы коснулись ледяного камня, такого же вечного, как сама смерть. Иногда я гадала, находились ли вообще в этой гробнице останки.

Но сейчас сомнений не было. В воздухе витало что-то весомое, сильное. Сердце совершило кульбит.

Магия.

Буквы на захоронении поменялись местами, заставив мое зрение на пару мгновений поплыть. Почудилось ли мне? Казалось, изменилось не только положение букв, но и они сами. Символы ужасно походили на те, что я видела в книге Миноса.

Захотелось треснуть себя по голове. Конечно, это и был магический язык. Как я могла ожидать, что подсказки или заклинания в мире мертвых окажутся на понятном мне языке? Я потерла виски, пытаясь вспомнить значение некоторых из символов.

Казавшиеся мне наиболее знакомыми символы означали буквы а, н, д, и у. Собрать из них фразу было невозможно – недоставало еще с десяток букв.

В ярости я ударила рукой по крышке, но попала по острому ребру и едва не согнулась от боли. Ладонь обожгло, и на содранной коже выступила кровь. Я коснулась губ пальцами здоровой руки.

Мне вспомнилось, как однажды, практически на этом же месте, я поранила губу о край разбитой бутылки. В ту ночь, когда одноклассники заперли меня внутри. Умудрялась же я каждый раз ранить себя в этом жутком склепе.

Я достала из кармана часы и прикусила губу, наивно задерживая дыхание перед каждым шагом стрелки по циферблату, безуспешно пытаясь остановить течение времени. Чтобы передохнуть, я оперлась на крышку.

– Черт! – зашипела я и схватилась за ладонь, совершенно забыв о ране, которую защипало от прикосновения к камню. Кровь отпечаталась на гробнице.

Внезапно на гробнице ярким огнем вспыхнули новые символы. Оранжевое сияние распространилось по склепу, отражаясь в потолке, полу и стенах. Я закрыла рукой глаза от резкого света, но строки уже вырисовались у меня в голове.

Все мы мертвы, но не впустую. Империя будет жить.

Что это могло означать? Слово империя подсказывало, что все это связано с артефактом. Неужели Покров сжалился и преподнес мне перевод?

Малана рассказала, что все женщины по нашей линии охраняли артефакт, значит, у нас с ним есть некая связь. Неужели все так просто? Я сейчас открою гробницу и заберу Империальную звезду.

Огонь потух. Я прочитала покрытые черным пеплом строки вслух, надеясь, что это откроет местоположение Империальной звезды, но ничего не произошло. Я даже подергала крышку гробницы, но она не сдвинулась ни на миллиметр. Мой желудок сжался от досады.

Я сделала шаг назад и уперлась в стену. На ней тоже был написан текст, который я не замечала раньше. Пробежавшись по нему глазами, я наполовину вслух, наполовину про себя повторила незнакомые слова. Этот текст тоже был написан магическими символами, и я не сумела его прочитать.

Потому что я не росла с магией, никто не обучил меня тайным ритуалам и языку. Всю свою жизнь я искала свое место, и вот оно, передо мной. Я – некромансер. Но почему же я чувствую себя такой чужой?

Я снова попыталась сдвинуть крышку гробницы. Губы неистово дрожали, глаза слезились, но руки оставались твердыми. Мама нуждалась во мне, и это стало моим единственным маяком.

Всем телом я налегла на прохладный камень. Громкий скрежет заставил меня зажать ладонями уши. Крышка гробницы сдвинулась, и сердце упало. Я заглянула внутрь. Амулет лежал на груде пыльных камней и земли.

Темнее любого черного камень висел на массивной золотой цепочке. По элегантности он не уступал моим карманным часам и компасу, и это навело меня на мысль, что те тоже пришли из мира мертвых. Минос, конечно же, знал об этом.

А я собиралась угодить в его ловушку снова и вручить ему нечто гораздо более могущественное, чем элементы для перехода в Покров, на блюдечке с золотой каемочкой.

Я сжала амулет в ладони, и голова тут же закружилась. В ушах зазвенело, и ноги подкосились. Бросив артефакт на пол, я опустилась на колени. Левая нога отозвалась жгучей болью. Из меня словно высосали все силы.

Когда комната перестала вращаться перед глазами, я нащупала на полу амулет. Стоило мне коснуться его, как в голове прозвучало: «Домой». Я должна была вернуть Империальную звезду.