–
– Заткнись! – закричала я и пообещала: – Я отдам ему амулет лишь в крайнем случае.
–
Я вздрогнула от такой резкой, хоть и ожидаемой, правды. Минос держал меня под контролем с помощью крови, и ничто не мешало ему убить меня сразу, как я очнусь. А в мир мертвых я спускаться больше не планировала.
Что же делать? Я не могла вернуться в Дом крови с артефактом в заднем кармане джинсов. Минос обязательно обыщет каждый сантиметр моего тела. Он может просто забрать Империальную звезду и бросить меня в темницу вместе с матерью.
Нет, мне нужно оставить себе артефакт до тех пор, пока он не освободит маму.
Я осмотрела склеп, но не нашла ничего полезного. Никакого волшебного мешочка, куда можно спрятать артефакт так, чтобы его не нашли. Пока я касалась звезды, силы стремительно возвращались ко мне, как вода наполняет бассейн. Для удобства я повесила амулет на шею.
Ну почему мама не придумала какой-нибудь муляж артефакта, который положила бы в гробницу? Я передала бы его Миносу и выиграла время, чтобы найти, где в Доме крови находились темницы.
Взглянув на часы, я поняла, что мое время почти вышло.
На мгновение я застыла, рассматривая золотые часы в одной руке и компас в другой. Киара заставила меня вызубрить заклинание, которое позволило достать компас из игральной карты. Смогу ли я использовать его, чтобы спрятать артефакт в другом предмете?
Стрелка циферблата начала отсчитывать последнюю минуту. Три часа истекли.
Я прочитала заклинание вслух, сжимая часы и амулет одновременно. Отсчитывая у себя в голове, я успела дойти до тридцати, но ничего так и не произошло. Я осмотрелась по сторонам. Затем амулет просто растворился в моей руке. Ладонь покалывало так, что ужасно захотелось ее почесать. Стрелка на циферблате замерла.
Вокруг стало жутчайше тихо, словно все было мертво.
И на меня обрушилась тьма.
22 Путь домой
22
Путь домой
Яркий свет ослепил меня и напомнил, как мы с мамой проводили лето на юге у моря. Я поглубже зарывалась короткими ножками в похожий на сахар песок, добираясь до прохлады, спрятанной под его первым слоем. Мама читала рядом, и ее нос то и дело морщился, словно она реагировала на события вместе с героями.
Я спросила ее, что она читала. Она ответила, что ужастик, и щелкнула меня по носу.
– В жизни и так ужасов хватает, зачем о них еще и читать? – удивилась я.
А затем вернулась в Дом крови.
Кудри нависшей надо мной Киары щекотали лоб. Я мысленно поблагодарила судьбу за то, что первым лицом, которое увидела, очнувшись, принадлежало не Миносу.
Но Киара тоже меня предала. Я отодвинула ее волосы подальше от лица, но это движение далось с трудом. Тело ныло от изнурения, точно я пробежала по меньшей мере марафон с мешком песка за спиной. Я откашлялась.
– Наконец-то, – судорожно выдохнула Киара. – Я уж думала, мы не успели.
В комнате было светло, все лампы горели неестественно белым светом, делая лица присутствующих синеватыми. Ложь сквозила по залу, как из открытой форточки.
Все выжидающе смотрели. Точнее, оглядывали мое тело в поисках заветной Империальной звезды. Я обвела глазами толпу, но Ратбоуна не увидела. Зато заметила на предплечье Киары свежий порез.
Она внимательно смотрела на меня, не моргая. Киара знала, что моя мама вовсе не находилась в тюрьме Верховенства или, как они его называли, Синклита. Она лгала, глядя мне в глаза, и, судя по всему, ей даже не стыдно.
Я пошевелила конечностями и с удивлением обнаружила, что левая нога больше не ноет. Кол из волшебного дерева исцелил меня, вернув к жизни.
– Ну, как оно?
Я отрицательно покачала головой. Киара дернула бровью.
По толпе приспешников Миноса прокатился огорченный вздох. На самого короля Дома крови я избегала смотреть. Боялась, что не сдержу гнев.
Но даже не видя его, я ощущала на себе пронзительный взгляд. Он ждал объяснения.
– Я… – прохрипела я и еще раз прокашлялась. – Который час?
– Слишком поздно, чтобы терять время зря, – грозой прогремел голос Миноса. – Обыскать ее!
Моя челюсть заныла от того, как сильно я сжимала зубы. Я безразлично взглянула на Киару, а она принялась бесцеремонно рыскать по моему телу. Достав карманные часы, она бегло их осмотрела и бросила на пол рядом со мной. Туда же полетел компас. Сердце отяжелело от силы моего гнева. Ведьма не нашла на мне амулет и шумно выдохнула, то ли от огорчения, то ли от облегчения.
– Воды… – прохрипела я, когда она закончила обыск.
Тянуть время бесконечно я не могла, и нужно было придумать способ спрятать часы, пока король не заподозрил обман. Вдруг он сможет почувствовать присутствие артефакта? Я его определенно ощущала. Амулет монотонно гудел, даже будучи неподалеку, внутри волшебных часов.
Никто не принес мне воды. Приспешники Миноса рассматривали меня, как животное в зоопарке.
– Ты доволен? Я не соврала, амулета в мире мертвых не было, – крикнула я королю.
Мне повезло, что Ратбоуна не было поблизости, потому что я бы не сдержалась и перешла с яростного возгласа на слезы обиды. Все, кто за короткое время в Меридиане стал мне дорог, на самом деле обманывали меня.
Киара наконец подала мне стакан воды, и я приподнялась.
– Я что-то… нехорошо себя чувствую. Мне нужно в уборную. Который час?
Я сделала вид, что проверяю время на лежащих рядом часах, несмотря на то что они не ходили, а затем сжала их в ладони. Кто-то громко фыркнул.
– Они пригодятся тебе очень скоро. Потому что ты снова отправишься в мир мертвых, как только твое тело придет в норму, – сказал лысый незнакомец в рясе с золотым поясом.
В углу зала по-прежнему лежало тело Аклис. Ее грудная клетка размеренно вздымалась, и меня наполнило теплым облегчением, которое тут же сменилось горечью. Необходимое напоминание, что нужно было спасти не только маму, но и Аклис.
Комок в горле сделал мой голос слабым, что лишь помогло продать им ложь о плохом самочувствии. Минос заиграл желваками.
Я медленно поднялась на ноги и вышла из зала. Если память мне не изменяла, через три двери по коридору направо и в самом деле находился туалет.
Киара вызвалась меня проводить. На поясе у нее висели ножны с кинжалами внутри, наверняка позаимствованные у ее дружка Моррисона.
Я выдохнула, как только церемониальный зал скрылся из виду.
– Мора, я… – начала Киара.
Дверь уборной захлопнулась у нее перед носом. Я убедила себя, что Киара не пырнет меня ножом, пока ее отец нуждается во мне.
– Я подожду тебя снаружи. – В ее голосе звучала то ли тревога, то ли огорчение, но я приказала себе не думать о ней.
Мне нужно было сбежать из Дома крови. Быстро осмотрев помещение, я заметила окно в душевой. Небольшое, из матового стекла и без ручки, оно едва ли пропускало лунный свет. Но я была почти уверена, что смогу через него протиснуться. Это ощущалось как большая победа. Я прикрыла улыбку ладонью, будто меня кто-то мог увидеть.
Взвесив несколько предметов декора и мебели, я задержалась на керамической подставке для зубных щеток. Дверь в ванную была закрыта на щеколду, и ничто не останавливало меня от побега из особняка, но оставался риск нарваться на охрану во дворе.
Закусив губу, я замахнулась подставкой и ударила ей по стеклу. Окно посыпалось, и сквозь хруст послышался голос Киары:
– Мора? Все в порядке?
Дверь с силой задергали. Я постаралась выбросить на улицу как можно больше стекла, что торчало из оконной рамы, но осколки все равно порезали живот и предплечья, когда я спрыгнула вниз. Больно ударившись коленями, я приземлилась в жесткие кусты. Вокруг было тихо, и только голос Киары все еще раздавался из ванной.
Мне показалось или она просила у меня прощения?
Неважно! Киара – его дочь.
Со всех ног я рванула куда глаза глядят, зажимая кровоточащую рану на руке. Территорию возле Дома крови я знала плохо, поэтому просто бежала вперед, стремясь увеличить дистанцию между собой и особняком.
Последовали крики, и началась погоня.
Позади послышался выстрел, но было достаточно далеко, чтобы пуля не попала в меня. Я маневрировала между деревьями, удивляясь, как быстро бегу. Открылось второе дыхание, и ветер свистел в ушах. Впереди маячил незнакомый лес, в котором я могла бродить бог знает сколько времени, прежде чем выйду на шоссе, но, если я заберусь на дерево, меня будет не так легко найти.
После нескольких минут бега голова начала немного кружиться. Я оперлась на дерево, чтобы перевести дух. Несмотря на кипящий адреналин в крови, слабая физическая подготовка давала о себе знать.
Как только мы с мамой уедем в Меридиан, запишусь в спортзал.
– Она не могла уйти далеко, разойтись по периметру! – скомандовал кто-то скрипучим басом позади.
Свет фонарей разрезал лес. Этого было достаточно, чтобы слабость ушла, а в ногах снова появился огонь. Я побежала.
Спустя пару минут я все же решила попытаться забраться на дерево и переждать ночь. Кровь коричневой смолой струилась по руке и низу живота, и в глазах стали появляться черные точки. Как нелепо будет свалиться в обморок от потери крови и угодить в лапы гвардейцев Миноса.