На пороге замка стояла громадная корзина роз с конвертиком, привязанным к ручке. Цветы были почти полностью засохшими. Я наклонилась и отстегнула конверт.
Розы были адресованы мне.
– Он всерьез думает, что запугает нас дохлыми розочками? – сказала Гарцель и демонстративно закатила глаза. – Бросил их через портал, в воздухе до сих пор пахнет магией. Трус!
Я закусила губу. Минос, очевидно, отправил угрожающее послание, но вот кому? Мне или своему сыну?
– Фу, это что, черви? – скривился Ратбоун.
– Тебе среди них не понравилось? – выглянул Александр из-за спины Гарцель и усмехнулся.
Из глубин корзины вылезла пара испачканных в земле червей.
***
Немногочисленные некромансеры собрались в зале с роялем и невероятным видом. Но вместо солнечного океана мы смотрели на звезды. Наслаждаться ночной красотой было крайне сложно: я вся тряслась от волнения, держа пальцы у рта. Ногти снова превратились в кровавое месиво, но старая привычка успокаивала.
Карта Дома крови лежала перед нами, лениво распластавшись на столе, и точки, обозначавшие здания и статуи в саду, делали роскошь ничтожной, ничего не значащей. Всего лишь символы на листе бумаги.
Я представляла себе, что именно так нас Минос и видел. Безликие точки на карте, которые должны были привести его к безграничной власти.
Теперь, когда я понимала истинные мотивы короля Дома крови, он перестал казаться таинственным. Обычный деспот из учебника истории. Строгие режимы всегда заканчивались смертью жестокого тирана, подлетевшего слишком близко к солнцу. Но распространялось ли то же самое правило на магический мир?
Гарцель расчесывала свои длинные волосы пальцами, отстраненно рассматривая обивку кресла, в котором сидела. В зале повисла гробовая тишина, и никто не осмеливался ее нарушить, позволяя собственным мыслям гудеть громче поезда.
Минос знал, что я достала Империальную звезду и нашла убежище в Доме теней. Он прислал ящик с засохшими розами, стебли которых разъедала гниль. Что он пытался этим сказать?
В общем-то, я и не ожидала от него меньшего. А вот чего ждать от Гарцель и ее некромансеров…
С наступлением рассвета точки на карте сложились в понятный путь, конкретный план по штурму особняка Миноса, и мы разошлись по комнатам. Ратбоун отвел меня в спальню – в ту самую, где я проснулась сутками ранее.
– Ты должна поспать… хотя бы пару часов, – прошептал он, когда я опустила голову на подушку.
– Тратить драгоценное время на сон? Ну уж нет! – поднялась на локти я.
Его рука осторожно надавила мне на грудь, опуская назад на кровать. На невероятно нежную и мягкую подушку и теплое пуховое одеяло…
Глаза начали закрываться, но я заставила их распахнуться. Ратбоун сказал:
– Тебе нужны завтра силы. Много сил.
Он погладил меня по волосам, а я притворно надула губы.
– Везет, тебе не нужно спать!
Ратбоун грустно улыбнулся. Я вдруг поняла, что даже не спросила, как он себя чувствовал. Наверняка он многое бы отдал, чтобы снова быть полностью живым. Вернуть свою магию.
Магия стала частью меня за такое короткое время, и я не хотела ее отпускать. Каково же было потерять часть самого себя навсегда?
– Ты останешься со мной? – выдохнула я, сдаваясь.
Прыгающие огоньки в его зрачках дали понять, что он ждал этого вопроса. Надеялся на него. Ратбоун прилег рядом, давая мне достаточно пространства, чтобы наши тела не соприкасались.
Один вздох, и я сократила расстояние между нами.
Теплая рука обняла мое плечо. Я прильнула к груди Ратбоуна и закинула на него ногу. Его запах опьянил меня, и усталость навалилась сильнее. Ратбоун больше не пах йодом, его новый аромат напоминал орехи и лес.
– Последний раз, когда мы так лежали, ты был при смерти, – вспомнила я, устраиваясь поудобнее. – Не делай так больше.
Его грудь перестала вздыматься. Я тут же захотела взять слова обратно, лишь бы избавиться от повисшей в воздухе неловкости. Но он обнял меня покрепче и коснулся губами макушки.
– Только если ты пообещаешь мне беречь себя взамен.
Я фыркнула, но улыбка плотно засела у меня на губах. Стало так тепло и уютно, что я практически сразу погрузилась в сон.
Я как никогда ясно поняла – жизнь уже никогда не будет прежней, а я сама бесповоротно изменилась. И когда мне приснилась рабочая смена в «Закусочной Барнарда», одинокая слезинка намочила Ратбоуну рубашку.
***
Все происходило быстро. И казалось… неправильно.
Империальную звезду я снова спрятала, на этот раз в игральную карту. Ее легко положить в карман, к тому же мне понравился символизм. Достать тогда компас из карты стало моим первым настоящим заклинанием.
Я машинально влезла в плотные брюки Гарцель, мысленно радуясь, что у нас почти одинаковый размер. Как такое возможно? Она годилась мне в бабушки!
Самый ненавистный рассвет в жизни. Чем светлее становилось, тем меньше у меня оставалось уверенности в нашем плане. Столько всего могло пойти наперекосяк… Минос со своими провидцами мог увидеть каждый наш шаг, они могли ждать нас у портала с ружьями наготове.
Но, может, это и должно было случиться. То, что я добралась до этого момента… Совершила переход в мир мертвых, достала оттуда древний артефакт и воспользовалась его силой. Я едва нырнула в пучину магии, а уже столько всего у меня получилось.
Ноющее чувство внутри подсказывало, что мне не могло везти всегда. Аклис умерла и может уже никогда не вернуться к себе прежней. Мама терпит жестокое обращение в темнице Миноса. Они заплатили цену.
Груз немного приподнялся с груди, когда Ратбоун взял мою руку и принялся поглаживать ее пальцами. В обычное время мое тело взахлеб бы наслаждалось каждым редким прикосновением и отвечало бы робостью, но не теперь. Мы словно стояли на пороге конца света, и неловкости не осталось места.
Я коснулась его губ своими, отгоняя подальше мысли о провале.
У меня не было выбора. Самые близкие мне люди зависели от того, каким будет мой следующий шаг. Уже не повернуть назад. Я лишь молилась и лелеяла надежду, что все мы вернемся из Дома крови живыми. Раньше я почти не сталкивалась со смертью, а за пару недель в этом мире насытилась ею по горло.
– Нас ждут внизу, – тихо сказал Ратбоун, и это прозвучало как приговор.
Карточка грозилась прожечь дырку в заднем кармане, и я не выдержала и достала ее. На ней изображались игральные кости, окутанные дымом, как в каком-нибудь фильме про мафию. Окантовка карты ярко блестела. Меня затошнило, словно я чувствовала то, что она на самом деле собой представляла.
Словно я чувствовала обладателей голосов из артефакта внутри.
Ратбоун заметил, что завладело моим вниманием, и нахмурился. Его рука опустилась мне на поясницу, и это прикосновение лишь заставило тошноту усилиться. Очередное напоминание, что у меня есть кого терять.
Я коснулась карты кончиками пальцев и вздрогнула из-за гула голосов, в который тут же провалилась. Встревоженный взгляд Ратбоуна нашел меня.
– Что это было?
– Предупреждение, – нервно сглотнула я.
– От кого?
– От некромансеров. – Я отвела глаза от игральных костей. – Это… неважно.
– Что они сказали?
Я распахнула рот и сразу же закрыла его.
– Я волнуюсь за тебя, Мора.
– Просто сказали, что это… большая сила. И я должна быть с ней осторожна.
– И как много силы ты можешь почерпнуть у сотни мертвых магов?
Этого вопроса я и боялась. Я не представляла, с чем в действительности имела дело, и страшилась, что Минос раскусит мой блеф.
– Мм… Много.
Плечи Ратбоуна напряглись, на лбу отчетливо проявилась вена. Но нас позвала Гарцель, и я мысленно ее поблагодарила.
Я спасу маму и Аклис любой ценой. Даже если придется снова воспользоваться Империальной звездой. Даже если придется умереть. Хотя я надеялась, что до этого дело не дойдет.
– Ты не говорила, что между тобой и Ратбоуном завязался завет, – прошептала Гарцель и обхватила за плечи.
В ее голосе слышалась улыбка.
– Завет? – непонимающе посмотрела на нее я.
– Вы связаны.
– Ну, в каком-то смысле да.
Она покачала головой и погладила меня по плечу. Такой материнский жест заставил сердце болезненно сжаться.
– Нет, ты не поняла. Вы
Так вот как я смогла попасть к нему в голову?
Я обернулась и бросила на Ратбоуна быстрый взгляд. Его щеки порозовели от волнения, и кожа, хотя бледная, не выдавала в нем никаких признаков смерти. Он выглядел как самый обычный девятнадцатилетний парень.
Невероятно высокий, с точно из камня высеченными скулами парень.
Я ожидала, что наша связь обеспечит моему животу целый отряд бабочек, но это лишь означало, что я в ответе и за него тоже.
– Еще есть время оставить его здесь, в безопасности? – спросила я у Гарцель.
– Не думаю, что он согласится. Связь работает и в обратную сторону тоже.
Он будет пытаться спасти меня, вот что имела в виду Гарцель.
Ратбоун шел позади, оставив нам место для приватного разговора.
Александр и еще десять ведьм уже ждали нас у входа в замок. Маг держал в руках длинный меч.
– Это тот самый транслагодский меч, с которым похитили мою маму? – спросила я у Ратбоуна шепотом.
Он кивнул, и к горлу подступила тошнота.
– Не тот же самый, конечно, но да. Он позволяет перемещать несколько людей одновременно.
Из замка вышла еще одна ведьма. Она несла за собой такой же меч, а ее коса почти касалась пят.