Но раньше мне и не требовалась столько сил для моральной подготовки! Да я и не планировала выбрасывать Тиреона Виндрейва из головы. По крайней мере, до тех пор, пока все не решится. Ну вот, решилось.

— Ничего страшного, — сказала я, глядя на ребенка. — Не расстраивайся.

— Правда? Я не хотел тебя обидеть...

— Я сама виновата, — со вздохом ответила я. — Нужно было все объяснить, чтобы не заставлять никого волноваться.

И хоть мне хотелось поругаться, бросить в особо упертых парочку заклинаний, я напомнила себе, что если бы кто-то из моих сестренок или братьев оказался в такой же ситуации, то я бы использовала любые средства.

— Может, мне обидеть того, кто обидел тебя? — тихо сказал Ноа. — Ты бы меньше расстраивалась...

— Не нужно, — помотала я головой. — К тому же, он дракон, это будет слишком сложно.

Да и объективно... Не считая того, что Тиреон ввел меня в заблуждение своим поведением, ничего плохого он не сделал.

— Я не сам. Я попрошу друга.

— Друга? — удивилась я. — Какого?

Насколько я знала, Ноа еще не успел ни с кем подружиться. К тому же, кто мог быть настолько влиятельным, чтобы обидеть самого дракона?

Ноа мог говорить только про одного друга. Тень — его хранитель, высокоуровневый защитник, способный доставить неприятности даже маме с папой. При желании, конечно. Так-то Тень был мирным и приятным.

— Его.

— Все хорошо, — сказала я и потрепала Ноа по волосам — ну как тут сдержаться? Лапочка же, а не ребенок. — Ничего не нужно.

Вот именно. Не нужно ни мстить, ни обижать, ни ругать (хотя за введение меня в заблуждение стоило бы, но я уже кое-что сделала напоследок). Нужно... да не знала я, что нужно мне сделать с Тиреоном.

Зато понимала, что пора приходить в себя и возвращаться к своим делам.

Но прежде надо было все же поговорить с семьей, чтобы они не делали ничего лишнего. К счастью, ни мама, ни папа разговор не подслушивали. Как и старший брат Родерик, который уехал куда-то по делам. Да, тот самый, который навесил на меня кучу заклинаний из опасений, что его маленькую сестренку обидят негодяи, почему-то напрочь забывая о моей (или, правильнее сказать, о семейной) черте обижать всех негодяев самостоятельно и, зачастую, незамедлительно.

Очень хорошо, что Родерик сейчас был далеко-далеко. С ним хлопот не оберешься... Нет, он абсолютно идеальный старший брат. Конечно, если не говорить о его слегка ехидном характере и любви к подшучиваниям. Впрочем, кто из нас этого не любит?

Родерик, по крайней мере, никогда ни с кем из нас не дрался. Почти всех на руках таскал, почти всем коленки исцеляющим зельем мазал, почти за всех вызывал на дуэль мерзких магов.

Сказывалась разница в возрасте: Родерик родился тогда, когда мои родители только закончили магическую академию. Мы же появились на свет позднее. У моего второго старшего брата разница с первым была в двенадцать лет, а у старшей сестры — пятнадцать. Что уж говорить про меня? Для Родерика все мы были немного... несмышленышами, маленькими детишками.

Теми, кого легко обидеть. И за кем он, как старший брат, должен был присматривать. В это «присматривать» входила и месть тем, кто решил попробовать кого-то из Ноксторнов «на зуб». И не всегда она была соразмерна проступку другого человека.

А еще моего старшего брата совершенно невозможно было отговорить, если он что-то решил. Поэтому мне оставалось лишь порадоваться, что он ничего не слышал.

Но слышали другие.

Например, Кассандра. Боевой маг высшей ступени, которая легко могла вызвать на дуэль любого. И победить противника, даже если тот был сильнее ее. Как? Все дело в опыте. Сначала работала стражницей, стала главой гарнизона, после решила уйти в наемники, доросла до главы гильдии, но все еще не отказывалась от хорошей драки. И, кроме магии, прекрасно владела мечом. Ей даже большого повода не нужно было, чтобы подраться.

А еще Элис. Моя милая младшая сестренка. Боевой магии ноль, зато как проклинала! Всех, без разбору и по-добро-проблемному: не до смерти, но страда-а-ать этим неудачникам...

Мориан — второй по старшинству после Родерика — казалось, должен быть самым милым и спокойным. Он ведь подался в священнослужители. Но, как по мне, он опаснее двух моих сестричек вместе взятых ! Говорят, что как только он поступил на службу в церковь, все грешники стали каяться намного быстрее, а количество признаний в преступлениях возросло вдвое. Думаете, он их убеждал? Ну, в целом, так выразиться можно, если не считать того, что он убеждал их совсем не речью, как ранее было принято в церкви.

Про остальных я решила не думать — все проблемы нужно решать по мере их очередности.

Так, еще нужно было срочно закрыть пропуск Тиреона. Даже не так! Внести его в список строгого запрета, чтобы, магия упаси, он не столкнулся с кем-то из моей семьи. Иначе все это может закончиться печально...

Все запланированное я сделала в кратчайшие сроки, развив присущую мне активность, чем прилично успокоила свою семью. Наверное, из-за этого мою просьбу не влезать в мои отношения с Тиреоном восприняли без сопротивления. Я даже клятву умудрилась вытащить у всех, за исключением Ноа. Ноа умничка, он не будет пытаться искать Тиреона, чтобы ему насолить.

Ну, как все сделала? Почти все. Оставался еще разговор с Тиреоном, который бы все прояснил. Или хотя бы формальный разговор, в котором я кратко объяснила, почему уехала, даже не попрощавшись с мужчиной.

И пока я погружалась в работу, решив, что на время забуду про неудавшуюся симпатию, эта симпатия сама о себе внезапно напомнила.

Произошло это за ужином. Была у нас маленькая семейная традиция — собираться за едой по вечерам. Разумеется, те члены семьи, которые находились сейчас дома.

— Милая, послушай, тут недавно приходил герцог Тиреон Виндрейв... — сказала мама, из-за чего я едва не подавилась чаем.

Судя по тому, как осторожно мама произнесла эту фразу, абсолютно все, что я рассказала Ноа, она уже знала. Спасибо, мам, что хоть в конце трапезы сказала, иначе кусок в горло бы не лез. Все одновременно посмотрели на меня. Выжидающе.

Так, понятно, отслеживают мою реакцию. Прямо не спрашивают — после моей-то просьбы не вмешиваться в мои отношения (пусть и односторонние), но пытаются понять ситуацию. Почему? Неужели что-то натворили?

— И?

— Что «и»?

— Ты с ним встречалась? — прямо спросила я.

— Я? Нет, конечно, — ответила мама. — Не забывай, я за мирное решение проблем. А мирно решить что-то с человеком, из-за которого грустит моя дочь, мне очень сложно. И не забывай, пока я сдерживаюсь — сдерживается твой папа. Но стоит мне хоть раз... В общем, я с ним не встречалась. По моей просьбе его попросили вернуться и не докучать тебе.

Я выдохнула. Но тут же насторожилась.

— А кого ты попросила? Слуг?

— Нет, конечно! — воскликнула мама. — Такой важный гость — и отправлять слуг. Твоя любимая сестренка сообщила.

— Он жив? — спросила я, сглатывая.

Он, конечно, немного гад. Ладно, много! И играется с девичьими сердцами, но смерти не заслужил. Максимум — хорошей порки.

— К сожалению, — буркнула моя сестра. — Оказывается, проклятия на драконах не срабатывают. Никакие. Даже смертельные.

— Сколько раз я говорила... — начала мама.

— Как будто я что-то плохое сделала, — возмутилась моя сестра. — Говоришь так, словно сама не хочешь открутить ему голову!

— Какая разница, что я хочу, — сказала мама, — если я никогда не говорю об этом вслух. Тебе тоже советую.

— Ой!

— Вот тебе и «ой». Все коварные планы строить лучше про себя.

Я вздохнула. В такие моменты мои родственники напоминали настоящих злодеев — высокомерных и неразумных, упивающихся своей силой и властью. Но это было не так! Обычно они мирные и трудолюбивые, иногда слегка специфические, но довольно добрые.

Просто когда дело касалось семьи... все ограничения куда-то девались.

— Толку от моих планов, — вздохнула сестра. — Проклясть не могу.

— А что герцог? — спросила я.

— Что? Жив, цел, здоров и навряд ли страдает от каких-либо проблем.

— Нет, я не об этом. Он... так просто ушел? — спросила я. — Ничего не попытался передать или сказать?

— А, пытался, — сказала сестричка, чуть наклоняя голову, чтобы длинная челка скрыла взгляд.

— И что? — тут же спросила я, невольно затаив дыхание.

— Не знаю...

— Как не знаешь, Сиора? — не поняла я.

Родители очень хотели изящную дочку, способную очаровать всех нас, поэтому выбрали производное от сирен — загадочных чарующих существ со дна морского. Ну, почти угадали. Было у Сиоры в арсенале проклятие, способное очаровать всех вокруг.

— Я его не слушала, — вздохнула младшенькая. — Наложила на себя проклятие глухоты. Нет, ну а что? Он Равенне вон что-то странное наплел, что она в него влюбилась. Даже она влюбилась! Он явно опасен. Поэтому я не слушала. И в глаза не смотрела. И еще... Неважно.

— Нет, важно, договаривай, — потребовала я.

— Не буду.

— Будешь, — ласково сказала я. — Иначе я попрошу моего милого друга, который работает младшим преподавателем в твоей академии магии, чтобы следующий тест был особенно «приятным».

В конце концов, я не только любовными романами увлекаюсь, но и исследованиями. А где большинство исследователей можно найти? Правильно. В академии магии на должности преподавателей.

— Я не читала ничего из того, что он тебе пытался передать, — буркнула сестра.