– Естественно. Биометрический сканер, который я встроил в твой крестик, известил меня о твоем учащенном сердечном ритме. Сильно отличающемся от здорового. Я понял – что-то случилось, и отправил за тобой ховер.

Я сжимаю в кулаке подвеску красного дерева, висящую у меня на шее, желудок сводит. Должно быть, он сделал что-то с подвеской, когда я отдавала ее на хранение ему во время поединков.

– Вы чипировали меня, как собаку.

– Как девушку, которая отказывается слушаться тех, кто тратит силы и средства на ее безопасность, – невозмутимо поправляет Дравик. – Тебе еще повезло, что я давно слежу за работой Тализ, иначе мне не удалось бы дать тебе противоядие вовремя, чтобы ты явилась на поединок.

Он не мог знать, что я сяду в ховер. Я могла просто отрубиться от передоза на танцполе. Если только… если только он не был уверен, что я встретила тех, кто поможет мне погрузиться в ховер, не услышал, как я говорю с ними. С Раксом. С Мирей. Он видел, как они помогали мне во время пресс-конференции.

– Вы и микрофон в меня встроили, – рычу я.

Дравик широко улыбается:

– Я не намерен тебя терять.

– Я не ваша собственность, чтобы терять меня, ваше высочество.

– Мне любопытно, как ты это проделала? – вдруг интересуется он. – Вырвалась из-под замка. Опять с помощью модуля твоей подружки?

– Делаете вид, будто не знаете, чтобы сузить список предположений.

– Я слишком усердно обучал тебя. – Принц смотрит на трость и тихо смеется. – После Ольрика я беспокоился, но… по-видимому, прогресс Разрушителя Небес идет гораздо быстрее, чем я предполагал. Ты прекрасно справляешься, Синали.

– И с чем же именно я справляюсь «прекрасно», Дравик? С ездой на вашем боевом жеребце? С помощью в развязывании гражданской войны?

На этот раз его улыбка выглядит по-отцовски сияющей. Гордой.

– С взрослением.

* * *

Сегодня мы ведем игру в тени.

Солнце освещает Эстер сзади, окружая ореолом, Станция поблескивает, как серая брошка на груди планеты. Обломки столкнувшихся Тэта‑7 и «Стойкости» все еще виднеются вдалеке, команды уборщиков двигаются между арматурой погрузочных палуб и спекшихся, искореженных металлических конструкций, их проекционные страховочные тросы, мерцая, тянутся к кораблю-мусорщику, как неоново-оранжевые пуповины. В белой сетчатой сфере арены Кубка Сверхновой открывается проход, мы с Разрушителем Небес влетаем в него на реактивной тяге.