7. Если же говорить о ментальном сущем как о каком-то позитивном сущем (о котором идет речь в первой части вывода), здесь дело обстоит вполне ясно и бесспорно. До сих пор еще не выдумали такого квази-позитивного ментального сущего, которое формально выражало бы единство и нечто присоединяло к сущему. В самом деле, ментальное сущее можно мыслить по способу отношения, и тогда оно не будет единым, ибо наименование единого вполне абсолютно, как было показано выше, и состоит из самого термина и общепринятого способа его постижения. Либо ментальное сущее можно мыслить по способу некоего абсолютного и позитивного предиката; но этого утверждать невозможно, сколько бы мы ни занимались измышлениями. Может быть, кто-то скажет, что единое добавляет отношение тождества самому себе; но это абсолютно ложно. Ведь быть единым и быть тождественным – совершенно разные предикаты: первый будет некоторым образом реальным предикатом, подобающим сущему помимо измышлений интеллекта; второй же – чисто мысленным предикатом, подобающим сущему сообразно операции интеллекта. Поэтому второй предикат будет основываться на первом, подобно тому как чисто мысленное отношение имеет основанием реальность.

8. Итак, если опустить эту часть вывода, то вторая – относительно реального позитивного свойства, которая главным образом и имеется в виду, – обычно доказывается не чем иным, как этим рассуждением. А именно: коль скоро единое присоединяет к сущему реальную пози тивную характеристику, то необходимо, чтобы в нее входило сущее; стало быть, и единое; стало быть, к сущему должна присоединяться позитивная характеристика, отличная от той, в силу которой оно едино. Следовательно, так мы уйдем в бесконечность, если только не остановимся на некоторой характеристике, которая будет сущим и единым сама по себе: так, что бытие в качестве единой ничего не добавит к ее сущести. Следовательно, по этим соображениям нужно будет остановиться на понятии самого сущего.

Дунс Скот, однако, отвечает на этот довод, что характеристика единого хотя и позитивна, но не является сущим. Но это в достаточной мере опровергнуто выше. Кроме того – что касается нашей нынешней темы, – невозможно отрицать, что этот реальный модус, или чем бы ни было то, что единое присоединяет к сущему, является единым в силу того же, в силу чего он является сущим: ведь любое сущее обладает лишь одним таким модусом, а не многими, причем обладает им как отличным от модуса или от единства другого сущего, а в самом себе нераздельным. Следовательно, мы по праву спрашиваем о том, будет ли этот модус единым сам по себе и без какого-либо позитивного добавления к своей сущести, или же с добавлением. Ведь если с добавлением, то придется идти в бесконечность; если же без позитивного добавления, через одно только отрицание, то почему не сказать того же о всяком сущем как таковом?