В-третьих, это подтверждается тем, что в противном случае первая материя, например, была бы более совершенным единым, чем составная субстанция; и тот же аргумент был бы приложим к душе, и к любой простой акциденции в отношении к составной субстанции, и к точке в отношении к количеству, ибо относительно всего этого будет следовать тот вывод, что единое имеет аналогическую природу и прежде всего сказывается о простом, хотя и наименее совершенном, сущем.

7. Тем не менее, хотя такие высказывания и выглядят вероятными, следует, безусловно, заявить, что трансцендентальное единое аналогически сказывается о Боге и творениях и обо всем том, о чем аналогически сказывается сущее. Потому что (как бы ни обстояло дело в отношении отрицания) единое формально выражает не одно лишь отрицание, как было показано выше, но сущесть, или нераздельную сущность. И поэтому там, где сущность не унивокальна, реальное единство тоже не может быть унивокальным. Далее, Аристотель показал в кн. IV «Метафизики», текст 2[549], что со стороны реальности одно и то же – назвать нечто единым и единым сущим. Следовательно, то, что не является в абсолютном смысле сущим, не может быть в абсолютном смысле единым; следовательно, то, что является сущим по аналогии, будет и единым по аналогии. Это представляется особенно верным в отношении Бога, в котором сущность принадлежит к иному порядку и обладает совершенством другого порядка и другой природы не только сама по себе, но и поскольку она служит основанием отрицания. В тех же сущих, в которых сущность хотя и не столь совершенна, однако в качестве основания для отрицания разделенности обладает определенным избытком простоты, то есть нераздельности, характеристика единого может быть названа более совершенной, но не в абсолютном смысле, а в отношении отрицания, сообразно приведенному рассуждению. И этим опять-таки подтверждается то, что было сказано выше: единое формально выражает не одно лишь отрицание, но сущесть, взятую с точки зрения отрицания.

Раздел шестой Каким образом единое и многое противостоят друг другу

Раздел шестой

Каким образом единое и многое противостоят друг другу

1. Отвечая на этот вопрос, Аристотель в кн. IV «Метафизики», гл. 2[550] указывает, что единое и многое противостоят друг другу привативно [как обладание и лишенность]. Однако в кн. X, гл. 1[551] он говорит о том, что они не противостоят друг другу ни как члены отношения, потому что единое не сказывается об ином, ни как противоречащие термины, потому что ни то, ни другое не сводится к чистому отрицанию, ибо не может истинно сказываться ни о том, чего нет, ни о том, что есть; ни как обладание и лишенность, потому что ни то, ни другое не сводится к простой лишенности, но выражает нечто позитивное; ни, наконец, как чистые противоположности, потому что те формально заключают в себе некое отрицание. Отсюда Аристотель делает вывод, что единое и многое противостоят друг другу в одном отношении как противоположности, а в другом – как члены отношения. А св. Фома высказывается в ч. I «Суммы теологии», вопр. 11, ст. 2 в том смысле, что эта противоположность ближе к лишенности, потому что единое (по его словам) противостоит многому, как нераздельное – разделенному.